Тяжеленькая…
Поднёс зверька поближе к огоньку. Что-то не совсем понял я, кто это. То ли козёл, то ли баран… Рога у него назад загибаются. Фантазийная какая-то фигурка. На ней ещё две дырочки имеются. Через них можно этого барана-козла куда-то пришить-прикрепить. Украсить свою одежду.
Тут у меня, наверное, крыша поехала.
— Можно, я это возьму?
К черепу я обратился. К черепу! К костям мёртвым!
Спросить меня сейчас, почему так делаю — не отвечу. Точно, наверное, шифер зашуршал…
То ли огонёк свечи моргнул, то ли ещё что, но показалось мне, что череп мои действия одобрил. Бери, мол… Мне уже всё равно не нужно…
Козла-барана я в карман спрятал и стал остальные фигурки собирать. Шесть штук всего их набрал. Может, ещё какие, в грудную клетку провалились, но я уже не стал внутри копаться.
Закончилось всё тем, что я кости в расползающуюся в руках шкуру собрал. Выкопал ямку ржавой лопатой. Она тут же в избушке нашлась.
— Не знаю, как тебя зовут, но покойся с миром…
Вот и сработал опять закон парных случаев. То, я чахоточника хоронил, то неведомо кого.
Я старательно промёл веником из еловых лап лежанку. Сходил лапника наломал на подстилку. Разложил его аккуратно. Лёг и сразу вырубился.
Глава 26
Глава 26 Сон Ваньки Жукова
Ночью мне хрень какая-то снилась.
В цвете.
Со звуком.
Запахи тоже присутствовали.
Перевозбудил я накануне свою нервную систему по полной программе…
У некоторых за всю жизнь таких приключений не бывает, как у меня за двое суток.
Сначала кто-то с кем-то бился. Времена там у них были какие-то стародавние. Огнестрела не имелось. Честным железом друг другу здоровье портили. Копьями там, мечами… Стрелы друг в друга пускали. Ловко так. Любо-дорого посмотреть.
Лупили друг друга без всяких там выкрутасов. Хрясь по башке и уноси готовенького. Ну, если доставали — в руку или ногу могли тыкнуть или ударить, туловища врагов тоже вниманием не обходили.
Кто пеший сражался, а некоторые и на конях были. Невысоких таких, но крепеньких.
Какой народ или племя — я без соображения. Но не негры. Лапоноидность какая-то в них присутствовала. Было что-то и от европеоидов и от монголоидов.
С той и другой стороны было их не сильно много. В общем — не Сталинградская битва и не штурм Берлина.
Одни других победили, но и у них без потерь не обошлось.
Очень они горевали о парне каком-то. Да, в принципе, все они были не стары. Примерно, моего возраста, а некоторые — совсем молоденькие. Чуть сученка внучка Ваньки постарше. Но, никто им скидки на возраст не давал — на общих основаниях они геройствовали.
Так вот, горевали они о парне. Потом хоронить его задумали. Помыли, хорошо одели. Комплект оружия ему с собой собрали. Поесть-попить в дорогу.