Поехать у них не получилось. Мужчину-доктора в сторону повело и мне его поддержать пришлось. Так мы и двинулись. Один велосипед у дерева оставили, второй девушка покатила, а я руку доктора на плечо своё закинул и помог ему шагать.
Прошли мы пешком не долго. По дороге мужик на телеге ехал и я его тормознул. Девушка куда ехать сказала. Так мы до станции и добрались.
Кстати, второй велосипед мы зря оставили. Когда полиция на место происшествия прибыла, ни босяков, ни велосипеда рядом с деревьями уже не было. Исчезли все в неизвестном направлении. Местами на земле кровь была и всё.
Спасенный мной Александр Петрович и впрямь врачом оказался. Выпускником Императорской Медико-Хирургической Академии. На даче он с супругой у знакомых гостили. Причем, без хозяев. Решили утром доктор с молодой женой природой полюбоваться, свежим воздухом подышать и перекусить на российских просторах.
Перекусили, называется. С босяками пересеклись. В городе они себя смирненько вели, а тут — распоясались и расхрабрились. Кстати, раскладной столик и всю еду они тоже с собой уволокли. Так позднее нам полицейский сказал.
К этому времени я был уже переодет, накормлен, напоен. Даже в баньке ополоснуться успел. Её вчера поздно топили. Выстыла она уже порядочно, но всё не на улице лесную грязь с себя смывать…
— Иван, а ранее чем Вы занимались?
Это Мария Ильинична у меня, своего спасителя, справилась.
Тут я не задумываясь и брякнул. Помогли знания из курса истории медицины.
— Младшим палатным надзирателем в больнице был… Потом из-за жизненных обстоятельств…
Здесь я тяжело вздыхать начал. Туману и жалости к себе напускать.
— Александр, у вас в больнице имеются вакансии младших палатных надзирателей?
Мария Ильинична строго посмотрела на супруга.
— Да, сколько угодно. И младших, и старших. Для Ивана, если потребуется, обязательно место найдём.
Александр Петрович подмигнул мне.
Он с целью лечения головы «Несравненной рябиновой» уже принял и находился в хорошем расположении духа.
— Со смотрителем я переговорю. Лично.
Сказал и на супругу с любовью посмотрел. Ещё рюмочку из конусообразной бутылки себе набулькал. Хотя сам Шустов её рекламировал, как превосходно действующую на желудок, Александр Петрович «Несравненной рябиновой» сейчас свою травмированную голову лечил.
— Закончились твои жизненные обстоятельства, Иван? Поступишь к нам служить палатным надзирателем?
Я долго думать не стал. Паспорт у меня имеется, а сейчас и работа будет. Ну, и блат какой-никакой.
— Пойду. Спасибо Вам.
— Вот и хорошо. Завтра все вместе в город и едем…