В дверь постучали.

Ингрис вздрогнула, метнулась к плащу, подхватила его ловко и накинула на плечи. Несколько быстрых движений, и плащ застёгнут до самых пят. Секунда — и снова перед нами фигура незнакомца, похожего на щуплого парнишку.

— Рувен, открой дверь, — сказал я.

Старик продолжал пялиться, хотя вся эстетика уже спряталась под балахоном.

— А? Что ты сказал, Эльдорн? — очнулся колдун.

— В дверь стучат. Открой.

— Я что, слуга тебе, что ли? — проворчал он, забыв, как только что называл себя моим водоносом. — Мог бы и сам открыть.

Тем не менее он поплёлся ко входу, откинул скрипучий засов и распахнул дверь.

На пороге стояла матушка Лиса. За ней — двое сильных слуг с огромной дубовой лоханью. На плечах у них — бурдюки с водой.

— Эх, водицы маловато, — проворчал Рувен, заглядывая за спины слуг.

Те внесли кадку, поставили посреди комнаты, вылили воду из бурдюков.

— Они ещё натаскают, — сказала Лиса.

Слуги и вправду тут же вышли за водой, прикрыв дверь.

Хозяйка перевела взгляд на Ингрис. Девушка сидела на кровати, неловко поправляя плащ, будто запуталась в нём.

— Можешь не отворачивать лицо, — тихо сказала Лиса. — Я вижу, что ты женщина.

— Ого! — выдохнул Рувен. — А как ты узнала?

— Походка. Движения. Да и плащ сидит, словно совсем чужой, — Лиса пожала плечами. — От тех, кто разбирается в красоте, скрыть такое сложно. Я сразу поняла, что под грубой накидкой прячется беглянка.

— Я не беглянка! — резко подняла голову Ингрис.

— Не спорь, — Лиса махнула рукой. — Я позволила тебе остаться, потому что сама когда-то… была, скажу так, в схожей истории. И ещё потому, что за тебя попросил Эльдорн.

Пока она говорила, слуги вернулись и наполнили лохань до краёв горячей водой. Пар пополз вверх, согревая комнату.

— Пусть девушка первая примет омовение, — сказала Лиса.

— А вместе нам нельзя? — хихикнул Рувен.

Ингрис зыркнула так, что у старика на мгновение рот захлопнулся сам собой. Она сбросила плащ и подошла к кадке. Пальцы её скользнули по краю лохани, дальше она не раздевалась.

— Ну что, вы так и будете стоять? — обернулась она через плечо. — Выйдите.

Рувен тут же направился к двери, даже не став спорить.

А я… почесал затылок и не двинулся.

— Выйти? Зачем? — поинтересовался я искренне.

Её глаза сузились.

— Ты собираешься смотреть на меня обнажённую? Мужчины и женщины, вообще-то, купаются раздельно.

— Странные у вас порядки, — проговорил я. — Не знал.

— Если тебя не затруднит, Эльдорн, выйди, пожалуйста, — медленно и преувеличенно четко проговорила она. — Видно, ты действительно варвар, если вы не стыдитесь показаться голыми незнакомцам.