Он поднял руку:
— Предлагаю проголосовать за это решение.
Все подняли руки, кроме столичного хранителя сводов Лорена Лира, сидевшего в белом одеянии между архонтом казны и верховным жрецом.
— А вы что же, благостин Лорен Лир? — обратился император к законнику. — Против?
— Я всегда за решения, которые идут на пользу государству, — спокойно ответил тот. — Но позвольте спросить, ваше благостинейшество…
Он слегка наклонился вперёд.
— Варвар, одолевший самого Схорна Безликого… он великий воин… смогут ли джаллы справиться с ним?
В зале повисло напряжённое молчание, лишь ветер тревожно колыхал занавеску у распахнутого огромного окна, за которым на чистом синем небе быстро собирались грозовые тучи.
Глава 15
В тронном зале собралась вся императорская семья: в центре — император Лестер, по правую руку от него — Кассилия, по левую — дочь Мариэль.
Прислуга вытянулась вдоль стен, недвижимая, готовая к любому приказу. Для подобного мероприятия гостей было меньше обычного: императрица не была уверена в том, как пройдёт церемония, и потому пригласили только архонтов, занимающих государственные должности в столице, и несколько тех представителей благородных домов, чьи владения находились недалеко от Вельграда. Они прибыли засвидетельствовать почтение в этот день, важный для империи и для императорской семьи.
Кассилия улыбалась, и улыбка казалась хотя и торжественной, но искренней. Лестер был невозмутим: лицо его выражало ровно то, что он хотел показать — деланное спокойствие и отсутствие эмоций, маску, за которой никто не мог прочитать истинных мыслей.
А на лице Мариэль был след тревоги: полуулыбка выглядела натянутой, и взгляд её выдавал, как принцесса растеряна.
Привратник ударил посохом о пол и прокричал:
— Его благостинейшество, принц Валессарии Дир Харса!
Принц вошёл быстрым шагом, без свиты и сопровождающих. Сегодня он казался ещё бледнее, чем обычно, но глаза сияли холодным серебром. На губах застыла тонкая улыбка. Он поклонился, приложив правую руку к груди, и приблизился к трону.
Дир церемонно опустился на одно колено. Он достал из кармана парадного мундира кольцо — золотое, сияющее под светом свечей, а на нём огромный переливающийся бриллиант.
Принц поднял руку с кольцом и произнёс:
— Ваше благостинейшество, император Лестер Сорнель… по закону предков и по обычаю Валессарии, я прошу вашего дозволения обратиться с просьбой о союзе наших домов.
Император слегка кивнул:
— Говори, принц.
Принц повернулся к Кассилии, склонил голову:
— Ваше благостинейшество, императрица Кассилия… прошу позволения обратиться к вашей дочери с предложением, достойным крови её рода.