Принцесса Мариэль… Она поймала мой взгляд и тут же, будто испугавшись самой себя, отвела глаза. Лёгкий румянец тронул её щёки.
Пожалуй, она была единственной здесь, кто не испытывал ко мне неприязни. По крайней мере, видимой.
Кличмейстер попытался перекричать толпу, но его голос сперва утонул в реве, и лишь потом вынырнул, с настойчивостью бывалого глашатая.
— По правилам поединка… — вещал он. — лунных игр… мы не можем казнить победителя, ибо бой проведён честно, по правилам, и он завершён…
— Нет!
— Еще поединок!
— Еще бой с варваром!
— Выпустить против него Скальда из Драгории! Дикарь должен сдохнуть!
Кличмейстер попытался возразить:
— По правилам поединков один воин может провести лишь один бой на арене.
И тут императрица Кассилия Сорнель подняла руку.
Один короткий, плавный жест, и кличмейстер осёкся. Толпа тут же умолкла.
Я смотрел прямо на великолепную Кассилию. Императрица встала. Её холодный взгляд скользнул по трибунам.
— Жители славного города Вельград, — заговорила она громко. В её голосе звучала особенная, спокойная твёрдость, что сильнее любого крика. — Кличмейстер прав: поединки проводятся по правилам лунных игр. Но существует одна поправка к этим правилам.
В толпе кто-то попытался возразить, но сразу замолк.
— Дело в том, — продолжила Кассилия, — что участники лунных боёв — это граждане Империи или выходцы из королевств, присягнувших императору и мне как императрице. И на них распространяются законы чести, морали и уважения.
Она подняла руку и указала на меня так резко, что движение напоминало удар хлыста.
— Этот варвар не является гражданином наших земель.
Толпа зашепталась, кто-то одобрительно закивал.
— Законы Империи, законы предков и законы чести на него не распространяются, — отчеканила императрица. — Он животное. И животное может быть убито по нашему усмотрению.
Она еще выше подняла подбородок.
— Поэтому я призываю кличмейстера пересмотреть распорядок боёв и выпустить против варвара Скальда из Драгории.
Толпа взорвалась восторгом и безумно завопила:
— СКА-А-А-АЛЬД!
— ВЫПУСКАЙТЕ СКАЛЬДА!
— ДИКАРЮ СМЕРТЬ!
Но императрица ещё не закончила.
— А чтобы подобные недоразумения в будущем не повторялись, — произнесла она, мастерски повышая голос, — на ближайшем Совете архонтов я внесу соответствующую поправку в свод законоуложений.
Она опустила руку. Толпа ревела. А мне было ясно одно — меня только что объявили вне имперского закона и теперь бросали на арену не просто как кругоборца, а как бешеного зверя, которого нужно добить.
Зверя с когтями и клыками, который не выйдет отсюда живым.