Но внезапно знахарка побледнела. Милава едва успела подхватить её, когда Анна начала терять сознание. Через несколько минут силы вернулись к ней, и она вышла к Боримиру.
— Парень останется здесь, — твёрдо сказала она. — Я буду следить за его состоянием. Нужно регулярно менять повязки и поддерживать чистоту. Ты делай подношения богам и молись им. Если они смилостивятся, то сын твой исцелится.
Боримир снова упал на колени перед ней:— Я буду молиться богам не только за сына, но и за тебя! Ты сделала для нас столько всего, что всё наше село никогда с тобой не расплатится.
Анна только устало погладила его по плечу и отправилась отдыхать — все её силы были на исходе. В её душе теплилась надежда, что боги помогут в этом непростом деле исцеления, ведь слишком многое теперь зависело от их милости.
Глава 9.
Анна и Милава не отходили от раненого ни на шаг. Дни сливались в бесконечную череду тревог и надежд. Лихорадка терзала тело юноши, бросая его то в жар, то в холод. Он метался в бреду, шептал что-то неразборчивое, а знахарка неустанно поддерживала чистоту раны, прикладывала целебные мази и давала снадобья собственного приготовления.
В воздухе витал терпкий запах трав и слабый металлический привкус крови. Анна, словно тень, скользила между постелью больного и своими запасами, смешивала отвары, проверяла пульс юноши, прислушивалась к его дыханию.
На пятый день произошло чудо — жар отступил. Юноша открыл глаза, огляделся мутным взглядом и, увидев знахарку, попытался подняться. Но Анна, словно мать, бережно уложила его обратно, провела прохладной рукой по пылающему лбу:
— Слава богам, ты вернулся к нам.
Он с трудом поднял руку и сжал её пальцы:— Спасибо вам…
Анна поднесла к его губам чашу с водой, затем дала отвар из сон-травы. Юноша закрыл глаза, погружаясь в целительный сон.
— Милава, — негромко приказала знахарка, — сообщи Боримиру радостную весть. Пусть знает, что его сын идёт на поправку.
Пока Милава отсутствовала, Анна продолжала наблюдать за пациентом, отмечая малейшие изменения в его состоянии. Через полтора часа во дворе послышался топот копыт — вернулся Боримир.
Увидев сына в сознании, он не смог сдержать эмоций. В порыве благодарности подхватил Анну и закружил по комнате. Неожиданно для себя самого прижался к её губам в поцелуе. Анна замерла от неожиданности, но в следующий миг ответила на его поцелуй.
Их уединение нарушил грохот во дворе — это Милава уронила ведро. Анна отпрянула, её щёки залил румянец. Боримир застыл, не зная, куда деть руки.
— Знахарка, прости мою дерзость, — пробормотал он, — ты мне по сердцу, но традиции требуют иного.