— В любом случае, даже если бы этого не произошло, я очень рада за вас, сынок! Эстель — замечательная, и я буду счастлива принять ее в нашу семью.

Тель нервно теребила салфетку, которая лежала у нее на коленях. Нужно скорее вернуть Гвилвилет, чтобы эта моральная пытка для нее прекратилась. Хотя, скорее всего, когда она не оправдает их ожиданий и уничтожит Ветер, никто больше не скажет о том, что она чудо.

“Даже не думай так”, — прошептал ей мысленно Бенедикт.

— Это прекрасно, Ваше Величество! Потому что через пару часов Эстель пригодится крепкий тыл.

— Мы отправляемся к Роршарху через пару часов? — удивленно произнес Финарфин.

— Извини, дорогой, но вы с Талионом останетесь здесь, — отрезала Латона.

— Наши прошлые планы пришлось изменить, — пояснил Мортимер. — Никаких армий. Только я, Эстель, принц Бенедикт, Ваше Величество Латона и Его Высочество принц Сильверен.

— Это что получается? Я зря собирался? Зря упаковал сарказм в неограниченных количествах, запас едких замечаний и тщательно отполированное чувство надвигающейся гибели? Я даже немного трав положил, на случай, если сарказм не сработает. А теперь все, что мне остается, это сделать разочарованное лицо, полное подлинной, чистейшей печали, которое я репетирую каждый раз, когда мне говорят, что шоколадного торта сегодня опять нет и не будет?

— Кажется, Финарфин расстроился не на шутку, — шепнула Элидела Эстель, но Талион тоже услышал эти слова.

— Конечно расстроился. Пусть он и отшучивается, но он же все понимает. Понимает, что это не увеселительный поход, и что не так-то уж ему хочется встречаться лицом к лицу с тем, кто виновен в смерти его отца. По крайней мере, пока его магия не достигла полной силы.

— Не отдавай Роршарху Ветер, пока не увидишь маму и Гвил. Но ты это и так знаешь, дочь? — Мортимер раз за разом возвращал их внимание к тому, с чем им в ближайшее время предстояло столкнуться

Тель кивнула в ответ. Хотя она знала, что все будет совершенно по-другому.

Эстель почувствовала, как под столом рука Бенедикта нашла ее ладонь и сжала. Он понимал ее чувства.

— Финарфин, — мягко произнесла королева Латона, глядя на младшего сына. — Я хочу, чтобы ты знал: то, что вы остаетесь здесь — это не наказание. Это — стратегия. Если что-то пойдет не так...

— Если что-то пойдет не так, мам, то неважно, где мы будем, здесь или рядом с вами. По-крайней мере, для Роршарха. Если что-то пойдет не так, он убьет не только вас, но и нас!

— Финарфин! — воскликнул Сильверен, но Фин уже выскочил из-за стола. — Дай ему остыть, — попросил он Латону, переводя на нее взгляд.