— Ребят, нам не нужны неприятности, вам не нужны…

Но я не успел досказать. Потому что неожиданно проснулся Джорджи. Ничего толком даже не понял. Но повел себя ровно так, как ранее делал Винни. Запорол все.

— Эй, мелюзга, поди сюда, вы чо се позволяете⁈ — заорал мой напарник.

После чего «мелюзга» с обезображенными злобой лицами бросилась на нас и принялась колотить тремя парами рук и ног. А еще у них был нож. А еще у меня на плече висел почти невменяемый Джорджи. Что мне было делать? Включать смекалку? Продолжать убеждать себя в том, что все конфликты можно разрешить словами? В этот раз было не до того.

Потому пришлось учиться драться. Прямо сейчас. По ходу боя.

Пропустив несколько ощутимых ударов… И даже порезавшись ножом… Я постепенно стал чувствовать тело Винсента Ла Руссо. В конце концов, не самое плохое тело мне досталось. Грех жаловаться. Вот только управлять им нужно было правильно.

Удар. Отскок. Больно залепили по уху. Но жить буду. Вот тебе в ответ. Получи еще. Ногой в пах — ты первый начал. Мало? Сталкиваем этих двоих лбами. Девку в сторону. Джорджи пусть еще полежит. А этот настырный. Я тебе щас глаз кое-на-что натяну!

Пришлось вспомнить кое-что даже из школьной программы. Mortal Kombat. Я ни разу не дрался во дворе, стенка на стенку, вот это вот все. Но в приставку домашний мальчик, уже тогда в очочках — это много позже я сменю их на контактные линзы — резался как бог. Любимый персонаж — Саб Зиро! И теперь можно сказать, я был им!

Удар. Еще удар. Ногой по харе. И бил я по-настоящему — не хотел калечить, но и проигрывать не собирался. Проблемой могла бы стать полноценная драка с женщиной. Но девчонка сама проявила благоразумие и довольно скоро встала в стороне от своих попутчиков, наблюдая за их избиением со стороны. Несколько раз что-то им кричала. И в конце концов, как я понял, именно она настояла, чтобы горе-гопники утихомирились и уползли обратно в свой темный переулок.

Не такая уж и малолетняя банда… Подумал я, глядя им вслед. Это раньше я окрестил их так, рассуждая с точки зрения почти пожилого петербургского психолога. Но сейчас мне не было и тридцати. А им, наверное, уже за двадцать. Схватка равных, если можно так сказать.

— Чо это? — не понял Джорджи, очнувшись на асфальте и разглядывая кровь на своих ладонях. Притом, что пострадал он меньше всех.

— Ничего, Джорджи. Просто ты пьяный на дорогу свалился. Пошли домой.

Это была моя первая драка. Никому не рекомендую. Конфликты нужно решать словом, миром. Ну, вы поняли.

А впереди меня ждала «ночь любви» с малознакомой мне Анджелой, несколько неизвестных мне должников, с которых можно было попробовать стрясти остатки моего долга перед Пистолоцци. И неизвестность…