— Да чёрт, — буркнула сидевшая рядом девушка, дрожащими руками пытаясь застегнуть пуговицы на рукаве.

Полина взглянула на неё: совсем ещё молодая, высокая, явно простолюдинка. С округлым лицом и крепкой, туго сплетённой каштановой косой на плече. Не шла ей серая одежда повстанцев. Ей бы больше пошло просторное платье, чтоб подчеркнуть высокую грудь, да неброский макияж. Такую легко представить приносящей ужин уставшему мужу, или за работой в лавке.

Но она была здесь, в автобусе, набитом хмурыми мужиками, сжимавшими разномастное оружие. Вместе с ней. И заметно нервничала перед началом первой операции.

Девушка провернула пуговицу — и та, щелкнув оторвавшейся ниткой, упала на по ли покатилась куда-то под сиденье.

— Да блин а!.. — ругнулась девушка. Поля ловко прижала пуговицу ботинком и подняла её.

— Чего ж ты так нервничаешь, — вздохнула девушка. — Вон аж пуговку оторвала… давай сюда, я пришью.

Она быстро выудила из внутреннего кармана небольшой походный набор с иголкой и пучком ниток и показала соседке.

— А… спасибо, да и я сама могу…

— Понятно, что можешь, но неудобно же, — улыбнулась Поля. — Давай сюда руку, я быстро.

Смутившись, девушка протянула руку.

— Меня это… Таней звать.

— Поля, — кивнула она и, прижав пуговицу, вытянула иглу с уже наживленной ниткой. — Волнуешься?

— Да чёт мандражирую немного, — покраснев, кивнула та. — Первый раз, ну… мало ли чего будет.

— Ну, что будет, то будет, — Поля дернула плечиком, сноровисто прокалывая иглой рукав. — Толку-то переживать. Ты лучше это, на рожон не лезь. Держись рядышком, вместе-то не пропадём.

— Угу, — шмыгнув носом, Таня улыбнулась. — А ты давно уже в сопротивлении?

Та отрицательно качнула головой. Пальцы ритмично работали, пропуская иглу вверх и вниз, нитка крепко притянула пуговку к рукаву.

— Вот и я недавно, — Таня дернула плечом. — Я ж раньше тоже у дворян служила, да только ко мне их глава приставать начал. Руки распускать, а один раз вообще в кладовке как зажал, так я еле ноги унесла. Ну, жена-то у него с детьми всё время, а у него, видите ли, страсть к молоденьким…

— Вот же кобель, — хмыкнула Поля. — Чего ж ты ему по рукам не надавала?

— Так разве ж можно? — вздохнула та. — Он князь, а я что? ну и в общем…

Поля горько усмехнулась. Одно дело, когда любишь, а другое — вот так давать себя обжимать где попало… не дело это.

— Дурёха, — бросила она, затягивая узелок. — Дала бы ему разок сковородкой по башке, больше бы и не лез. А полез — так всё его жене бы сказала.

Поля невольно улыбнулась. Знакомые слова грели сердце, а ведь ещё недавно ей самой Варя говорила нечто подобное. Варя… она всегда находила самые верные слова, чтобы её подбодрить, одёрнуть, да и на путь истинный наставить.