Если только что-то не изменилось… или пленницы не оказались чересчур важными.

Я сел возле дерева и, стараясь не дышать, прислушался к голосам из лагеря. Но как назло люди перекидывались лишь скупыми фразами, никак не относящимися к пленницам.

Зато неподалеку раздался шум веток и шаги. Кто-то из повстанцев отошел от лагеря, видимо, по малой нужде.

Это мой шанс.

Я бесшумно отошел во тьму леса и в десятке метров заметил силуэт невысокого бойца, пристроившегося возле кустов. Бесшумно подобравшись ближе, я встал за деревом и рассмотрел его.

Боец был в потрёпанной форме старого образца, явно ему не по размеру. На поясе сзади болталась фляжка, штатные ножны на ремне были расстегнуты, а рукоятка ножа — исцарапана и вся в земле. Видимо, ей он забивал колья для палатки. Он неспешно сделал своё дело, застегнулся и, насвистывая что-то, направился обратно. Мимо дерева, за которым я укрылся.

Отступив в тень, я нырнул в скачок. Мир с гулом замедлился. Шаг назад, за дерево — и впереди показался силуэт повстанца. Я шагнул ему вслед, поднимая руки. Если гад успеет вскрикнуть или подать сигнал, придется сломать ему шею, хоть и не хочется трогать простолюдинов…

Но кто знает, что они успели натворить с пленницами.

Скачок прервался, я шагнул за спину бойцу. Он на миг замер, почуяв неладное — и я моментально обхватил его шею сзади, сжав гортань.

Он дернулся, рука потянулась к ножу, но я был быстрее. Потянул его назад, сжимая горло, пока не прижался к дереву. Короткий удар по затылку быстро привел его в чувство.

— Дернешься — порву горло, — сдавленно прошептал я, сдвинув пальцы. — Понял — кивни.

Судорожно дыша, он замер на секунду, обдумывая мои слова. Попытался сглотнуть — и кивнул. Тихо выдохнув, я продолжил.

— Хорошо. Я спрашиваю — ты отвечаешь. Если да — киваешь, нет — мотаешь головой. Говори шепотом, вздумаешь заорать — вгоню твой же нож тебе в бок. Это понятно?

Он покосился назад, пытаясь увидеть хоть что-то кроме моих рук, но получив тычок в ребра, усердно покивал.

— Ты из повстанцев-простолюдинов?

Кивок.

— Вы были на поле боя, когда упало «Белогорье»?

Боец снова кивнул, мелко дрожа.

— Что вы искали?

Я немного ослабил хватку пальцев, сжавших его глотку. Протолкнув вставший в горле комок, боец зашептал.

— Оружие, снаряжение… И м-магов, дворян… всех, кто выжил…

— Зачем?

Он снова попытался оглянуться. Я усилил хватку.

— Ну?

— Д-дд… добить чтобы… магов…

Его затрясло так, что застучали стиснутые зубы. Я ощутил, как в животе расползается холод, поднимаясь вдоль спины.

Ну конечно, говнюку страшно. После таких слов его и самого добить могли. Причем свои же. А ещё я, если окажется, что пленниц они уже прикончили.