Мы дошли до моей комнаты. Я подошел к двери, как опричник окликнул меня.

— Знаешь что, Вайнер. У нас остаётся не так много времени до церемонии Романа, и… — он запнулся и, потерев сдвинутые брови, вздохнул — Да чёрт! Я всегда тебя ненавидел. Нутром не переваривал ни тебя, ни твоего отца. Но будь моя воля, я не убивал бы его. И даже рад, что мне приказали сохранить тебе жизнь. Нам нужны все, любая помощь будет кстати. И скажу честно, с тобой куда больше шансов, что я и другие опричники вернемся домой к своим семьям.

Он скрипнул зубами и, прижав ладонь к виску, отдал честь.

— Так бы хотел наш Император. Так было бы лучше для всех людей.

Развернувшись на каблуках, он быстро пошел по коридору.

— Постой, Темников!

Опричник остановился.

— Передай Пожарскому, я дам ответ завтра вечером.

Не обернувшись, он коротко кивнул и пошел дальше.

Я вошел в комнату, готовый к новой атаке Карины, но её здесь не оказалось. Всё так же пахло лекарствами, а нетронутый завтрак одним своим видом напомнил, что я не ел три дня.

— Да к черту всё… на голодный желудок много не надумаешь.

Сняв пленку, я взялся за давно остывшую еду. Так быстро я не ел даже в столовой суворовского училища — и суп, и второе с тарелок я смел за пару минут. Могучим глотком отправив в желудок последние крохи, я взялся за чай, как сзади раздался робкий стук — и дверь, скрипнув, приоткрылась.

В проеме показалась русоволосая голова Есени.

— Брат, можно к тебе?

— Входи, конечно.

Она юркнула внутрь, прикрыв за собой дверь, и обняла меня. На ней была простенькая кофта и штаны, явно взятые у простолюдинов, и совсем не подходившие наследнице рода магов, некогда приближенных к престолу.

Я застыл, не решаясь коснуться девушки, чьим братом я никогда и не был.

История, насквозь пропитанная ложью и обманом, вызывала горькую усмешку.

— Слава богу, ты живой! — она зарылась лицом в мою грудь и всхлипнула. — Я думала, всё, тебе конец! Все эти владыки, монстры, повстанцы, облавы…

— Эй, ну ты чего, — я взъерошил её волосы. — Живой, конечно. Есенька, ну-ка бодрее…

— Слава, ты же обещал меня не бросать, помнишь? — она отлипла и строго посмотрела, сдвинув светлые брови. — А сам что? Я же за тебя переживала, как мне справляться, если я останусь совсем одна?.. Если бы с тобой что-то случилось?.. У меня ж сердце чуть не разорвалось, когда она тебя, когда ты…

Есеня шмыгнула носом, в уголках ее глаз задрожали слезинки. Я невольно улыбнулся и стер нависшие капельки с её ресниц.

— Есень, послушай…

— У меня больше никого нет, кроме тебя, Слава, — она стиснула мои руки, снова шмыгая. — Я не хочу больше никого терять. Вайнеров и так почти не осталось, только мы с тобой, и всё…