И вся эта честная компания слушала рассуждения профессора об очевидном-невероятном и ожидала, когда из-за стеллажей выйдет Эрнест Мулдашев.
— Да откройте же вы глаза! — всплеснув руками, полным драматизма голосом произнёс профессор. — В мире полно магии и мистических существ! Они среди нас! Они ходят по нашим улицам, дышат нашим воздухом! А вы чуть что, да она доктор, а этот квадробер, да вам всё показалось! Это вам, Платон Аркадьевич, кажется после казахского «Хэннеси»! Нет, батеньки! Это не от коньяка, а от неумения видеть очевидное.
Я посмотрел на часы. Половина пятого, скоро уже и солнце сядет, а мы тут застряли в библиотеке на кружке любителей РенТВ.
Пришлось мне встать, подойти к профессору и положить ему руку на плечо.
— Платон Аркадьевич, — сказал я тихо. — Послушайте меня. Я почтальон. Я каждый день хожу по этим улицам. Я знаю каждую собаку и каждую бабушку. Если бы у меня хоть одна мистическая сущность получала почту, я бы заметил. Не хочу обесценивать Ваши исследования, но… Самое таинственное тут — это отсутствие асфальта, пункта выдачи «Озон» и сетевого магазина «Пятёрочки». Вот тут есть, от чего задуматься.
Глава 18 Ботаническая заброшка
Моя «Буханка» остановились у широких ворот, которые оказались наглухо запертыми.
Мы, то есть я, Василиса, Леший дядя Миша и наша гостья Ядвига Дорофеевна приехали к бывшей конюшне Дворового в селе Лабинка и обнаружили, что она заперта.
— Это точно тут? — спросил я у дяди Миши, потому что раньше мне не доводилось кататься в Лабинку.
— Да, — сердито подтвердил Леший. — Только у Панкрата завсегда было открыто и кони бродили свободно. Однако же, никогда не сбега́ли.
Я заглушил мотор и вышел. Следом за мной стали выходить все.
— Узнаю, что да как, — уверенно сказала Василиса, проверила, на месте ли удостоверение и двинулась к конюшне.
Она миновала ворота и направилась к ведущей в строение массивной двери, привлёкшей её внимание звонком, расположившимся сбоку, на стене. Я смотрел ей вслед, очарованный каждым движением. Загляденье. Стройная фигура, уверенный шаг. Словно сама природа создала её, чтобы продемонстрировать истинную красоту. Василиса была не только магом, но и прирождённым представителем власти, умеющим держать всё под контролем.
— Эх, теснота эта прокля́тая, машина твоя, Вадим… не по душе мне в этой железной коробке, — тяжело вздохнул дядя Миша и печально посмотрел в окно автомобиля. — И замкнутые, и открытые пространства терпеть не могу, душит меня теснота и простор этот пугает. Устал я от всего. Только лишь среди живых деревьев моих родных ощущаю себя дома. Там, где шёпот листьев и запах влажного мха наполняет воздух жизнью, лишь там моя душа обретает покой. Вернуться бы, да вот беда — некуда, нет леса моего.