— Я найду тварь. Я весь лагерь перетряхну. На дыбу вздерну, но узнаю.

— Нет! — я остановил его жестом. — Никаких дыб. Никакой крови. Пока.

— Почему?

— Потому что мертвый шпион нам бесполезен. А живой — это наш канал связи. Наш почтальон.

Я улыбнулся, и губы треснули.

— Мы должны найти его тихо. Провести аудит персонала. Выявить аномалию. А потом… потом мы заставим его отправить Авинову то сообщение, которое нужно нам.

— Какое сообщение?

— Приглашение. На похороны.

Я постучал пальцем по карте. В десяти верстах от Малого Яра, на старом заброшенном тракте, было узкое место. Овраг, заросший лесом. Местные называли его «Волчий распадок».

— Мы пригласим Авинова на встречу. Скажем, что готовы продать сундук. Лично в руки. Без свидетелей.

— Он не поверит, — усомнился Игнат.

— Поверит. Потому что у него нет выбора. Он не может послать за сундуком армию — солдаты могут увидеть содержимое, и тогда ему конец. Он не может оставить сундук нам — мы отправим его в Столицу. Он обязан забрать его лично. И уничтожить свидетелей.

— Он приедет убивать, — сказал Серапион.

— Да. Но убивать будем мы.

В землянке повисла тяжелая тишина. Мужики переваривали услышанное.

Это был план не воина, а убийцы. Хладнокровный, циничный расчет.

— Это… бесчестно, — тихо сказал Егорка. — Заманить в ловушку…

— Честь, Егор, — сказал я устало, — это роскошь для мирного времени. А у нас война на выживание. Авинов предал страну. Авинов сжег моего друга заживо. Я не вызываю его на дуэль. Я оформляю акт списания испорченного оборудования.

Я посмотрел на Серапиона.

— Мне нужен список всех людей. Полный. Кто где был за день до отплытия баржи. Кто отлучался из лагеря. Кто дежурил. Поминутный график.

— Сделаю, — кивнул десятник.

— Игнат, мне нужен аудит по взрывчатке. Те три бочонка с «вином», что мы взяли у наемников… Это порох?

— Порох. Черный, зернистый.

— Отлично. Хватит, чтобы обрушить склон оврага?

— Смотря как заложить. Если грамотно — то и гору сдвинем.

— Значит, сдвинем.

— Ты становишься страшным человеком, Мирон, — сказал кузнец, глядя на меня с уважением и опаской.

— Я просто логист, Игнат. Моя работа — доставлять грузы. Сейчас мой груз — смерть Авинова. И я доставлю его вовремя.

— Всё, — скомандовал я. — Идите работать. Егор, спрячь сундук обратно. И никому ни звука. Официальная версия для лагеря: в сундуке книги и чертежи. Никакого золота, никакой измены. Шпион должен думать, что мы лохи.

Они вышли.

Я остался один. Боль снова накатила волной, но теперь она не мешала. Она бодрила.

Я закрыл глаза и представил карту.

Волчий распадок. Узкая дорога. Склоны. Сектора обстрела.