И Авинов заплатит. Не деньгами. Ликвидацией.

Мы вернулись в землянку.

Я сел на лавку, стараясь не тревожить спину. Дыхание сбилось, но мозг работал четко.

— Зови Серапиона, — сказал я Егорке. — И Игната пусть позовет, когда тот освободится. И давай сюда сундук.

— Тот самый? — уточнил парень.

— Тот самый. Черный ящик нашего полета.

Егорка вытащил из-под лавки тяжеленный, окованный железом сундук. Он был грязным, в речном иле, но целым. Металл тускло блестел в свете лучины.

Через пару минут вошел Серапион.

Десятник выглядел осунувшимся. Увидев меня сидящим, он выдохнул с облегчением, перекрестился.

— Слава Тебе, Господи. Мирон… Мы уж думали — обезглавили нас.

— Рано хоронишь, командир, — усмехнулся я криво. — Мы еще повоюем. Садись.

Вошел Игнат, вытирая руки ветошью.

— Ну что, логист? Будем вскрывать копилку?

— Будем. Ломай замок, Игнат. Ключа у нас нет, а ждать некогда.

Кузнец достал зубило и молоток. Примерился.

— Сталь добрая, — оценил он. — Варяжская работа. Но против лома нет приема.

ДЗЫНЬ!

Звук удара по металлу резанул по ушам.

ДЗЫНЬ!

Дужка замка лопнула.

Игнат отбросил сломанный механизм и отошел.

— Твой трофей. Тебе и открывать.

Я откинул тяжелую крышку. Петли скрипнули.

Сердце колотилось где-то в горле.

Что там? Золото наемников? Если так — это хорошо, наймем людей. Но золото не спасет от армии.

Я заглянул внутрь.

Золота не было. Точнее, оно было — на дне лежал небольшой кожаный мешочек с монетами, но он занимал от силы пять процентов объема.

Остальное занимали бумаги.

Плотно уложенные пачки писем, перевязанные бечевой. Свитки с сургучными печатями. Тубусы с картами.

Интуиция логиста подсказала: это не просто почта. Это архив. Теневая бухгалтерия.

Я взял верхнюю пачку. Развязал узел.

Бумага была дорогой, плотной, с водяными знаками. Почерк — витиеватый, острый, писарский.

Я начал читать. Бегло, сканируя текст, выхватывая ключевые слова.

«…Светлейшему князю Казимиру Литовскому… Сим уведомляю, что проход по северному тракту свободен от дозоров. Мои люди отведены в гарнизоны под предлогом борьбы с разбойниками. Обозы с продовольствием для ваших отрядов будут ждать в условленном месте у Черного камня…»

Подпись: Авинов. И личная печать.

Я замер. Руки похолодели.

Взял другое письмо.

«…Обещанное серебро в размере трех тысяч гривен получено. Список тайных рудных жил в верховьях прилагаю. Эти земли богаче, чем думает Столица. Удержите их за собой до весны — и вы получите контроль над всем железом региона. Столица слаба, Царь далеко…»

Я отложил бумаги. Взял карту.

Это была карта наших земель. Но на ней были отмечены не только деревни. Красными чернилами были помечены броды, тайные тропы, слабые места в стенах крепостей. И стрелки. Стрелки вторжения.