Одевшись, мы вышли наружу. Дрей в виде серого волка уже поджидал у крыльца.

— Рада тебе, Дрей. Ты можешь войти, — без особо радости произнесла я. Обернувшись человеком, Дрей молча переглянулся с Таором и вошёл в дом.

Я ещё раз подняла глаза на Таора. Желваки на мужских щеках шевельнулись.

— Не прощаемся, — строго произнес он, предупреждая мои сентиментальные порывы. Я видела, что он хмурится, беспокоится, но удерживает себя от эмоций.

— Угу, — вздохнула я, без разрешения обнимая своего самого злого Волка. Обхватила за пояс руками и прижалась щекой к груди, не обращая внимания на традиционные ножны и доспехи, с которыми, конечно, неудобно обниматься. На губах ещё чувствовался вкус его губ и настойки, которую я успела влить в Волка нашим — уже традиционным — способом.

На секунду меня стиснули так, что из горла сам собой вырвался писк.

— До вечера, — наконец, обронил Таор и, быстро набирая скорость, скрылся в холоде утреннего тумана.

«Не прощаемся», — мысленно сказала себе. Но на душе тяжёлой плитой лежала тревога. Неделю назад я волновалась только о себе. Теперь в голове кипел суп… Таор, матушка, Дрей, болезнь, Змеи, маги…

«Что будет?»

Я вернулась в дом, чувствуя некоторую неловкость. Бесцельно шатающийся по дому Дрей смотрелся здесь гораздо чужероднее Таора. Что мне с ним делать? Разве что кормить…

— Ты голодный? — без энтузиазма поинтересовалась.

— Нет. У тебя есть арча? — мрачно спросил Дрей. Он осторожно оглядывался по сторонам, каким-то образом бесшумно ступая крупными ступнями по обычно скрипучим половицам.

— Что такое арча?

— Можжевельник. Таором весь дом пропах, — остановившись на кухне, Дрей недовольно шмыгнул носом. — У Змей хороший нос, точно почуют неладное. Сейчас надо окурить все по-максимуму и не раз, чтобы сбить запах того, чем вы тут так активно занимались… Да и мой.

Он бросил на меня нечитаемый серый взгляд. Я сначала смутилась, а после — недоуменно поглядела на Волка, все ещё кутаясь в плащ, наспех накинутый на плечи.

— Чуешь, что весь дом пропах? — вопросила, подходя поближе. — Прямо носом?

— Угу. Топор вешать можно, — он погладил топорик на поясе и тут же ошалело посмотрел на меня. Хмурое лицо его сменилось на удивлённое, испуганное, обнадеженное, и, наконец, радостное. Не успела я что-то сказать, как Дрей повел носом, развернулся, мигом пробежался по комнатам. Их у нас было всего-то две, кроме кухни.

— Чуешь⁈ — я устремилась за ним.

Вместо ответа Волк развернулся, махом прихватил меня под плечи и приподнял на весу. Внезапно вознесясь в воздух, я взвизгнула.