Зато Геловани, похоже, чувствовал себя, как рыба в воде. Не знаю, из какого ведомства его прислали, но с карабином князь обращался уверенно, да и в охоте явно кое-что смыслил: двигался осторожно, выбирая, куда ставить ногу — и почти бесшумно.

— Кажется, я что-то вижу, — прошептал Дельвиг, прицеливаясь куда-то влево. — Посмотрите — двигается…

— Это солдаты. Не вздумайте стрелять! — Я на всякий случай протянул руку и отвел ствол «винчестера» вниз. — Слышите — они тоже ищут Лешего.

Между нами было метров пятьдесят, а то и все семьдесят, но в тишине леса до моих ушей доносились даже обрывки фраз. Вояки негромко переговаривались и отходили все дальше, в сторону усадьбы Шуваловых, понемногу исчезая в тумане.

Но густая белесая пелена скрывала не только их. Где-то впереди среди деревьев мелькнул силуэт. Неясный, пока еще расплывчатый, нечеткий — и все-таки слишком проворный, чтобы принадлежать человеку или Упырю.

И слишком большой.

— Там! — прошипел Геловани, вскидывая карабин. — Вот он!

Мы спустили курки почти что разом — и два выстрела слились в один. Впрочем, на фоне могучего грохота Холландовского штуцера голос немецкого карабина, можно сказать, затерялся. Правое ухо тут же намертво заложило, а приклад лягнул в плечо так, что меня буквально протащило по земле подошвами ботинок. Геловани не соврал: порох с нитроглицерином действительно оказался куда мощнее обычного, и любого другого парня моих лет, пожалуй, и вовсе опрокинул бы на спину.

Разрушительная сила у патрона оказалась соответствующая: где-то в полусотне шагов впереди раздался жалобный треск, и тонкое деревце переломилось, заваливаясь кроной набок. Эхо от выстрелов еще гремело, убегая все дальше в лес, туман отзывался сердитым воплем — но через несколько мгновений все стихло.

— За ним! — скомандовал Дельвиг, ускоряя шаг. — Леший побежал в сторону церкви — там могут быть люди!

Геловани негромко выругался, лязгнул затвором и поспешил следом. Я двинулся за ним, на ходу перезаряжая штуцер. Вольский чуть отстал, но явно старался изо всех сил, чтобы не потеряться. Впрочем, идти пришлось недолго: буквально через десяток шагов я разглядел в тумане дерево, в которое угодила пуля из штуцера.

— Хороший стрелок, лучший из нас? — усмехнулся Геловани. — Пожалуй, так и есть — вы хотя бы подстрелили осину, Владимир — а я и вовсе промазал.

— Может и нет. — Я уперся прикладом в землю и опустился на одно колено. — Поглядите, ваше сиятельство.

Кровь… точнее то, что ее заменяет у незваных гостей из Прорывов. Лишь небольшой сгусток на прошлогодней слежавшейся листве — скорее всего, пуля прошла вскользь, едва зацепив мохнатую шкуру. Или попал Геловани из винтовки: поймай Леший заряд из штуцера — измазал бы жижей все вокруг… да и вряд ли смог бы удрать так быстро.