Не разуваясь, я шагнул к телефону, набрал сперва Каналью; слушая протяжные гудки, ядовито улыбнулся.

— Ты уже знаешь? — выпалил Каналья.

— Да…

— Повезло сучонышу, что это не мои люди. Так хочется ему глаз на жопу натянуть! И чего отбросам всегда так везет⁈

Вопрос был риторическим.

— Ну, хорошо, хоть вообще нашли. А подробности знаешь?

— Ирка рвет и мечет, жаждет встречи. Как, впрочем, и я. Как клиент на «Крайслере», с которым мы поладили. К «американцу» подошел бензонасос от «жигулей», прикинь? Ладно, ближе к делу. Знаешь, как поймали? Случайно. Оказалось, «двойка» эта его — краденая. То ли сам разобрал и собрал, поменял номера, а VIN-номер не перебил, дебил. То ли купил кузов краденой тачки.

— Я склоняюсь к первому варианту.

Каналья продолжил:

— Короче, этот шнырь ехал огородами, а тут гаишники! Он от них бежать, они — за ним. Догнали, а он бухой и еще и быкует. Его — в отделение, машину на штрафстоянку. Там-то все и всплыло. И все краденое было в машине, что Ирина заявила, кроме видика и золота, его уже где-то скинул по дешевке. Так самое смешное, он и еще кого-то бомбанул, помимо нее!

— Ну герой, — усмехнулся я и предположил: — Золото и видик сами менты могли забрать. Если нет, то вернуть будет, если все-таки руку приложили — бесполезно.

— Ну а мои люди сказали, что его много кто ищет в области. Он эдакий гастролер. Поживет в одном месте, нагадит, кинет кого-то, потом в другом поживет и поедет дальше. Чую, на него не одно заявление.

— Логично, что где-то его остановят. Странно, что он без судимости до сих пор.

— С судимостью! — самодовольно сказал Каналья. — Кража по малолетке. Так что поедет на север на пару лет, если Ирина не сдаст назад. А то знаю я этих женщин: сначала злятся, а потом, стоит ему извиниться, заберет заявление, простит.

— Не простит, — уверил его я.

Без внушения простила бы, а так — очень и очень вряд ли.

— Дай бог, если так. Кстати, это не все хорошие новости. Готовь тыщу баксов, нас будут электрифицировать!

— Ого! Как тебе это удалось? — спросил я.

— И не только нас, тебя тоже подключат через месяц. Можешь праздновать. Выкатится это в две тысячи долларов, часть пойдет на взятку. — Помолчав немного, он добавил: — Иначе вообще никак, ждать десятилетиями, такое вот скотское время. Про мастерскую вообще молчу. И до следующего тысячелетия ничего не сделают.

— Всего-то шесть лет осталось.

Вспомнилось, как я, лишь научившись считать, загибал пальцы, пытаясь вычислить, сколько мне будет, когда случится новое тысячелетие. Как сейчас помню свое удивление: «Двадцать один год! Это ж совсем взрослый дядька!» Таким далеким казалось это время, таким нереальным, а в итоге раз — и вот ты уже взрослый. Раз ­— и старость стучится в дверь.