Ирина сомлела, потом просияла и повисла на нем вместо именинницы. Михаил ее облапил, сжал задницу обеими лапищами и принялся кружиться — тетка захохотала, поджав ноги, и смахнула со стола стакан, который Боря каким-то чудом успел подхватить. Кажется, я понял, что значит «не умеет себя вести». В сравнении с ним мамин Квазипуп — английский лорд.

Мы переглянулись с Наташкой, моя рука потянулась к лицу, но я сдержался.

— Тише вы! — прикрикнула на влюбленных бабушка. — Комнату мне разнесете.

Михаил поставил Ирину на ноги. Она вывернулась из объятий и убежала, а вернулась с пакетом, который я уже видел. Михаил звонко шлепнул ее по заднице и оскалился. И напомнил жеребца, который понюхал у кобылы под хвостом и начал скалиться и фыркать.

Я скосил глаза на малость обалдевшую Наташку. Может, год назад такое поведение не показалось бы ей диким, теперь же, после общения с интеллигентным Андреем, она была в ужасе.

Встав рядом с Ириной, одной Миха держал пакет, второй мял задницу тетки.

— Миша! — прикрикнула на него бабушка. — Мы же с тобой только поговорили.

Все так же скалясь, он убрал руку с теткиной задницы и протянул маме пакет.

— Держи, малая!

Наташка закатила глаза, раздула ноздри и покраснела. Интересно, из какой дыры вылез этот Миша? Из какого забитого села к нам приехал?

Видя нашу реакцию, бабушка сказала:

— Василий приехал, муж Ольгин. Картошечку мне окучивает. Миша, иди позови его, познакомься.

С Ириной они ушли вместе. Повисла пауза. Мама достала из пакета подарок, джинсовую куртку, и сразу же надела. Миша так ее поразил, что она забыла обрадоваться.

Вернулся Квазипуп позже всех — руки мыл.

— Спасибо, Вася, — похвалила его бабушка и посмотрела на младшего зятя, который уже сидел за столом. — Вася сегодня ударник! Отдыхать приехал, но не поленился, грушу мне спилил, представляешь? Ту самую.

Квазипуп раздулся от гордости, Миху перекосило. Видимо, бабушка поняла, что перед ней за люди, и специально ими манипулировала, как детьми, стимулировала, чтобы они помогали ей, соревнуясь за звание «Лучший зять сезона».

Бабушка и Наташа принесли горячее, и началось застолье. Тетя Ира сказала тост, все чокнулись, и соревнование между мужчинами продолжилось. Они перебивали друг друга, роняя еду изо рта, хвастались, рассказывали анекдоты: Квазипуп — всякие, Миха — сальные и зоновские. Мама и тетя Ира поддерживали своих мужчин смехом.

Наташка подговорила Борю, и они стали дико ржать с каждого анекдота отчима, а юмор Михи игнорировать, чем жутко его бесили. Бабушка улыбалась, но глаза ее были печальными — не таких мужей она хотела своим девочкам.