— Да, — она отвела глаза, пряча смущение. — Чай.
Но когда она уходила в спальню, она остановилась в дверях.
— Максим?
— Что?
— Спасибо за балкон. И за... правду.
— Иди спать, Анна.
Я остался в гостиной. Сердце колотилось так, словно я пробежал марафон. Я подошел к окну и прижался лбом к холодному стеклу.
Что я творю? Я нарушаю главное правило любого эксперимента: наблюдатель не должен вмешиваться в процесс. А я не просто вмешался. Я стал его частью.
Я посмотрел на закрытую дверь её спальни. Теперь я знал, что там, за этой дверью, спит не просто "объект наблюдения". Там спит женщина, которая считает меня хорошим. Женщина, которая верит в мою мечту.
И мне это нравилось. Настолько, что все мои тщательно выверенные границы начали трещать по швам, как здание без фундамента.
Я открыл ноутбук, пытаясь вернуться к работе, но вместо чертежей видел её лицо на балконе. Её приоткрытые губы. Её шёпот: "Максим..."
В половине двенадцатого я сдался. Встал, подошёл к её двери.
Просто проверю, всё ли в порядок. Температура могла подняться.
Я тихо толкнул дверь. В спальне горел ночник — мягкий, тёплый свет. Анна спала на боку, подтянув колени к груди. Волосы рассыпались по подушке тёмной волной. Одеяло сползло, обнажив плечо.
Я подошёл, накрыл её одеялом. Рука сама потянулась к её лбу — проверить температуру. Прохладнее. Кризис прошёл.
Но я не убрал руку. Пальцы скользнули по её виску, убирая прядь волос. Задержались чуть дольше, чем нужно для "проверки температуры".
Анна во сне повернулась к моему прикосновению, выдохнув что-то неразборчивое.
— Максим...
Моё имя. Она шептала моё имя во сне.
Я медленно отстранился, чувствуя, как сердце колотится в рёбра.
Выйдя из её комнаты, я прикрыл дверь и прислонился к стене, закрыв глаза.
Девяносто дней.
Мне нужно продержаться девяносто дней.
И главное — не привыкнуть к тому, как она поджимает ноги на барном стуле. К веснушкам на её носу. К тому, как она говорит "божественно" про обычное рагу. К тому, как шепчет моё имя во сне.
И к тому, что рядом с ней даже этот стерильный лофт перестаёт быть просто площадкой для эксперимента.
Я не продержусь и месяца, если всё пойдет в таком темпе.
Глава 5
Анна
Я проснулась с ощущением, что мир изменился, пока я спала.
Не то чтобы внешне что-то поменялось — лофт выглядел точно так же. Те же высокие потолки, те же кирпичные стены, тот же серый утренний свет, пробивающийся сквозь шторы. Но воздух был другим. Он больше не пах болезнью и лекарствами. Он пах кофе.
Свежесваренным, крепким кофе с нотками корицы.