Ишь, Федя-то! Реплики вставляет, как будто ориентируется во всем этом свободно. И общается с гостем — приветливость так и прет. Джек то, Джек сё… Перебор, подумал Максим.
Наташа сидела бледная, молчала.
— Чаю желаете? — прервался Румянцев.
— Мне кофе, — попросил Максим. — И Наташе тоже, да, Наташ?
— А я бы покрепче чего-нибудь, — хлопнул по подлокотнику Устинов. — А, Джек?
Судья улыбнулся одними губами и отрицательно покачал головой:
— Чай, если можно.
— Я сделаю, — торопливо сказала Наташа, поднимаясь из кресла. — Так тебе, Федя, чего?
— Ну, тогда тоже чаю, — разочарованно протянул Устинов. — Я ж не алкоголик все-таки — в одиночку пьянствовать…
Ну, думал Максим, потягивая кофе, и как же эта его «акция» происходить будет? Федор выглядел все более оживленным, Наташа — все более напряженной, Румянцев оставался невозмутимым, Максим старался вести себя естественно, а Макмиллан ничего не подозревал.
Вот он допил свой чай и задал профессору следующий вопрос. Румянцев пожевал губами и пустился в разъяснения. Говорил долго, подбирая слова взамен специальных зубодробительных терминов, возвращаясь к сказанному. Надо признать, подумал Максим, хорошо объясняет. Если бы я вдумывался, наверняка понял бы. Так и ничего удивительного: он ведь не просто ученый, у него и преподавания опыт какой…
Судья внезапно уронил голову на грудь.
— Все, — возбужденно воскликнул Федор. — Сработало! Как в аптеке! — почему-то в его голосе прозвучала нотка сожаления.
— Как ты это сделал? — поразился Румянцев.
— Неважно! — отмахнулся Устинов. — Помогайте, время дорого!
Он уже вытаскивал обмякшее тело из кресла.
— Быстрее! — прикрикнул подполковник. — Макс, за ноги берись, и в лабораторию его! Да не через коридор же, идиот! Николай, куда его, на трон?
— На трон, на трон, — проворчал профессор, после чего словно превратился в автомат по проведению измерений.
…Лихорадочное мельтешение таблиц и картинок на мониторе остановилось.
— Ну? — нервно спросил Устинов.
— Не мешай! — рявкнул Румянцев, напряженно вперившись в монитор. Через несколько минут расслабился, почесал подбородок и сказал. — Структура очень напоминает ту, что у Максима. Количественно несколько по-иному… почти все показатели ниже… а ZW-индекс совсем нулевой… и вот в этом блоке пусто… Но в целом весьма похоже…
— И кто был прав? — торжествующе произнес Устинов.
— Посмотрим, — тихо откликнулась Наташа. — Федор, когда он в сознание придет?
Устинов посмотрел на часы.
— От четырех до семи минут. В гостиную его вернуть, что ли? Нет, пусть так и сидит.
Макмиллан очнулся через пять с половиной минут.