— Рассказывайте, — негромко потребовала она. — Все, с самого начала.
— Здесь нельзя задерживаться, — ответил бретер. — Переправимся на другой берег, там все расскажу.
* * *
[1] Костяной — чтобы не убить ненароком жертву или коллегу во внутрикорпоративных разборках. Дешево, сердито и больно. А вот взял бы свинец или хотя бы железо, Елена так легко не отделалась бы.
[2] Осколки бараньих костей в качестве оружия оставались в ходу еще в XIX веке у французских апашей.
Глава 27 «Когда ударит набат»
Глава 27
Когда ударит набат
— По мосту не пройдем, — отметил один из наемников, указывая на кавалерийский пост.
Судя по всему, в преддверии ночных беспорядков, городская власть решила взять под контроль основные магистрали. Мост, на котором вчера бились цеховые с ремесленными, охраняла группа из двух-трех «копий», общим числом десятка полтора воинов. Пост был сугубо временным, из удобств — пара телег, шатер, раскинутый прямо на мостовой, да еще большая жаровня. Судя по всему, организовали «блок-пост» в спешке, но воины казались боевитыми, доспехи не снимали. Одиночек и небольшие безоружные группы пропускали более-менее свободно, а остальных заворачивали без объяснений и диспутов. Немногочисленные лодочники, рискнувшие выйти на промысел, радовались жизни и прибытку, народ стенал, микро-гарнизон стоял, как стена и кажется, даже не брал взяток. Хотя последнее как раз понятно, дворянам сшибать мелочь было совсем невместно. А платил Император за охранную неурочную[1] службу так, что даже высокородная спесь пряталась в кошель, изредка подтявкивая для порядка.
— Попробую договориться, — решил бретер.
Вооруженную группу, да еще столь необычного состава, постовые заметили издалека и ощутимо напряглись, старший жандарм[2] даже кольчужный капюшон накинул. Раньян поднял руку, тормозя компанию. С полминуты два отряда мрачно и недружелюбно взирали друг на друга. Драться никому не хотелось, да и было понятно, что для открытого боя, прямо скажем, рановато. Раньян поглядел на бледное солнце, что виднелось через промежутки меж крышами. Стиснул челюсти до каменных желваков. Его слуга встал под левую руку в готовности подать меч.
— Не пропустят. Лучше рекой, — кратко и очевидно посоветовал Кадфаль.
— Нет времени.
И в самом деле, паром окончательно ушел на противоположный берег, а лодок, считай, не осталось вовсе. Очевидно, мало кто рисковал зарабатывать и странствовать на ночь глядя, да еще в такой обстановке. За один прием, скорее всего, не переправиться.
— Время не стоит драки с рыцарями Императора, — кажется, брат Кадфаль окончательно взял на себя задачи гласа рассудка. И это удивило Елену, ведь именно Раньян Чума считался на Пустошах образцом хладнокровного профессионала. А теперь всегда мрачный и всегда выдержанный мастер больше напоминал персонажа из присказки про уголек в седалище. Что-то здесь было не так.