Существо продолжало бултыхаться, накручивая сложные петли и восьмерки, словно никак не могло решиться, куда его больше влечет — к одномачтовику или берегу. На сложном сегментированном панцире горели желтым огнем знаки — чередующиеся в строгом порядке литиры старого языка и символы Темного Джотиша. Они неумолимо приказывали, направляли создание к цели. Наконец молчаливый приказ взял верх, и, прекратив верчение на месте, существо стремительно двинулось к берегу, скользя по волнам как морская змея. Длинный росчерк пены в черной воде обозначил идеально прямой бросок твари к трубе водостока. Прищурив красные глаза, ведьма заметила, как длинное червеобразное тело выбирается из воды, оставляя широкий след в иле. Мгновение — и выпущенное на свободу чудовище скрылось в подземелье.
Женщина достала из-за пазухи небольшой костяной амулетик и раскрошила его в ладони, подав магический сигнал, что дело сделано, и смертоносный охотник выпущен на свободу. Следующее движение руками, и лодка неспешно двинулась обратно к одномачтовику, мягко подталкиваемая в корму невидимой силой. Ведьма опустилась на скамейку, опустила ноющие от усталости руки — столько волшбы за несколько минут было чересчур даже для нее.
— А теперь, Искра, до встречи… — прошептала женщина с рубиновыми глазами.
* * *
[1] Да, как и в Японии, организованная преступность в Ойкумене собиралась главным образом вокруг азартных игр.
[2] Практика дожила, по крайней мере, до XIX века включительно, так кормили рыбаков, например в Гавре.
[3] Вот вы, наверное, улыбнулись невольно, а меж тем подобная хворь едва не отправила на тот свет Людовика XIII, отца «Короля Солнце». Елена не совсем точна в диагнозе, но учитывая отсутствие медицинского образования ей простительно.
Глава 12 «Поцелуи, фейерверки, кураж»
Глава 12
Поцелуи, фейерверки, кураж
Елена молча готовилась к операции и напряженно думала.
Конспирация и спешка были, в общем, понятны, так же как готовность пахана обратиться не к цеховому лекарю, а к неизвестной девке без ученичества и грамоты. В мире «ночных людей» нравы царили внешне сдержанные, а фактически — людоедские. Власть «покровителей» держалась на личном авторитете, который требовалось поддерживать и укреплять. А поддерживать и укреплять нужно было постоянно, ибо каждый отдельно взятый пахан знал, что в спину ему глядят десятки глаз, только и ждущих промаха, любого доказательства слабости. В таких условиях «позорная болезнь» могла сыграть только в минус и даже породить шуточки насчет содомского порока. Поэтому, чем раньше и незаметнее от нее избавиться, тем лучше.