Рысь обиженно рыкнул, но, признав своё поражение, поплёлся на юг. Я же временно распрощался с волками и зашагал рядом, а на его новый раздражённый звук из глотки кошачьего ответил, что иду забирать свою самку с пестуном с его новой территории. По крайней мере, этот перевод был ближайшим аналогом посланного мной мыслеобраза. У небесных и не только небесных животных как-то не сложилось с акушерами и повитухами, а брата Вэя я наконец вытащил в Смертолесье именно ради этого. Целительной магией я владел, теорию знал, но принимать у Жэндэ роды сам категорически не хотел, предпочитая привлечь опытного профессионала. Он тут, конечно, много чего увидел, и пришлось дать ему переписать свитки для монастыря, но есть цели, которые оправдывают средства. Тем более я со священнослужителя взял клятву о неразглашении того, что должно остаться в тайне. Вкупе с поддержкой королевского дома и нынешней силой это было сочтено мной достаточной договорённостью.

Рысь же, прошествовав некоторое время молча, снова начал донимать меня вопросами о моём ударе, как и ожидалось. Некоторое время я отнекивался, набивая цену. Но в какой-то момент-таки «сдался», сообщив, что в теории мог бы кое-что рассказать другу и союзнику. Но только другу и союзнику. А это означает оказание взаимной помощи и возможность невозбранно ходить по его земле, как прежде по земле тигра, ну и мою обязанность лечить кошака в случае чего. На это он тут же закинул удочку по поводу его права ходить по нашей земле, на что я ухмыльнулся вдобавок к мыслеобразу:

— Ушастый, ты совсем-то не бурей, а? Это вожаку решать, тут вообще без обещаний.

Рысь в который уже раз недовольно рыкнул, но тут мне оставалось только заверить его о том, что я пообщаюсь с Серым на эту тему. Этот вариант был сочтён им приемлемым, и мы продолжили путь.

Звери не были склонны ко лжи, так что едва мы договорились о полноценном союзе, как я начал подлечивать ушастого, используя скопившуюся на донышке Кив. Это, конечно, ослабляло меня, но стоило сразу же показать плюсы взаимовыручки, приведя в порядок спутнику разодранные лапы и покусанное горло. Клыки моих братьев и сестры остры. Нападения же я не боялся ни до, ни после этого, ведь кот признал поражение и пока что не будет пытаться нанести вред нашей стае. Иное возможно лишь следующей весной.

Идея же дружбы с остальными лесными хищниками пусть не слишком нравилась Серому, который любил более прямые пути, но зато крайне привлекала меня. Волки однажды уйдут, а мне хочется здесь остаться. Охотничьи угодья друга будут резать не слишком сильно. Поступиться территорией, конечно, придётся, но для прокорма мне с Жэндэ и ребёнком нужно будет куда как меньше. А может и мне одному. Огонь здесь зимой разводить нельзя, а младенцу холод не на пользу, поэтому вполне возможно, что кое-кому придётся жить в Речнолеске, когда Зэдал разрешит проблемы двуногих в целом и семьи своей любимой тётушки в частности. Пока что я сидел тут без новостей, но в своём ученике не особенно сомневался. Уж он должен справиться, с десятой-то ступенью.