Однако олень хоть и не тур, но и не трусливый заяц, порой он кидается на врага, опустив голову и выставив вперёд рога, так произошло и в этот раз. Почуяв неладное, я резко понёсся вперёд на пределе скорости, но уже видел, что нормально не успеваю, а кусты между мной и целью не дают нормально применить молнию с руки, как и спина принца. На разряд же магического электричества с неба уже не было времени. Сам Зэдал оценил ситуацию, но решил не уходить с линии атаки, а принять зверя на копьё, он упёр пятку в землю и наступил на неё ногой, чтоб она не съехала назад, заставляя меня мысленно материться.
Через мгновение наконечник глубоко вонзился в грудь животного, но его рога ударили по принцу, отбросив того назад. Линия огня наконец открылась, и я вдарил по оленю молнией, мгновенно его убив. А потом сбросил тушу, по инерции упавшую на принца. Нагрудник из змеиной чешуи выдержал, не пропустив острые отростки рогов к плоти, но был недостаточно жёстким, чтоб не прогнуться. Рёбра Зэдала были переломаны, внутренние органы травмированы, сам от потерял от боли сознание, изо рта текла кровь, но принц пока дышал. Так что я разрезал ладонь, положил её на лицо этого идиота для контакта красных жидкостей и начал вливать в него целительную Кив, тихо матерясь сквозь зубы:
— Херр ты у меня так сдохнешь. Я тебя сам пррибью, как откачаю. А потом, с#ка, снова откачаю и снова пррибью…
Интерлюдия 3 (часть 1)
Принц Зэдал плыл в чёрной пустоте, которая медленно начала освещаться красками. Сначала появились красные переливы снизу, вечно текущие и меняющие свои оттенки от тёмно-багровых до солнечно-жёлтых. Потом темнота стала освещаться гранитно-красными цветами, сменившимися чёрным светом. Прежде казалось, что чёрное не может светиться, но практика показала, что в этом месте возможно если не всё, то очень многое. Затем появились воздушно-белые нити потоков, перевитые полупрозрачными голубыми жгутами. А потом пришёл зелёный свет, покрывший всё. Картина была прекрасной, но одновременно чем-то царапала сознание.
Зелёный цвет казался знакомым, он уже видел его где-то. Но вспомнить не получалось. Было не ясно, как он сам вообще оказался здесь и где находится это «здесь». Оставалось лишь наблюдать за увлекательным танцем переливов странных цветов, которые сменяли друг друга, взаимодействуя то здесь, то там. Однако в какой-то момент окружающее пространство стало заслоняться одним конкретным цветным облаком, которое сначала казалось лишь мелкой точкой, но потом начало расти, пока не заняло большую часть перспективы. Смесь небесно-голубого неба, белых облаков и грозовых туч, где мелькали молнии, превалировала в нём, но была окружена изумрудным светом, что пронизывал его и содержал в себе острова то синих водных струй, то гранитно-серых камней, то вспышек красных всполохов. И снова зелень связывала всё, как и тогда.