— Да нет, ты знаешь, мне и в Небесном Водопаде неплохо, — улыбнулся на это священнослужитель, подтвердив, что, несмотря на весь дзен-пофигизм, чувство юмора у него до конца пока что не атрофировалось.
Вскоре же пришла Жэндэ, притащив печёнку, которой мы под завязку набили желудки. А чуть передохнув, двинулись к дракону, неся обратно недоеденное, где я стал препятствовать оттоку Кив из мяса, органов и шкуры, которую уже видел своими доспехами. Имеющаяся броня не выдержала встречи с когтями этой зверюги, несмотря на все мои прошлые ухищрения. Уж больно матёрый экземпляр из-за кромки пришёл, от кого-то там выхватив по самые гланды, что нас и спасло. Кожура у него была соответствующей, главное — не дать ей подпортиться после смерти владельца.
Брат Вэй, правда, моих действий не оценил, сообщив:
— Пока ты применяешь Кив, я не могу тебя лечить. Энергетика может пойти вразнос.
— Тогда пока что поработайте с волками. За час я управлюсь, а сделано не так уж и мало, рука не усохнет и будет слушаться, — ответил на это я.
— Твоё дело, Ромул, — принял мои слова к сведенью монах, вновь закрывая глаза в медитативной позе и протягивая руки вперёд.
Жэндэ же за неимением лучшего занятия и не желая просто сидеть без дела, подошла сзади и стала разминать мне плечи. Это было приятно. Не говоря уже о том факте, что мы живы и не стали калеками, хотя и могли. Чуть двинь дракон голову в сторону, и Рыжая бы осталась без одной из своих лап в самом начале схватки. Сезон борьбы есть сезон борьбы, дерьмо может накрыть с головой в любой момент, даром что от мест, где получившие за кромкой по холке, обычно выходят восстановиться, мы вроде бы успели отдалиться.
Глава 18
Дни становились всё теплее, а ночи всё короче. Весна заканчивалась, переходя к лету, завершался и сезон борьбы. Можно было вздохнуть спокойнее. Впрочем, была у нас для этого и ещё одна причина — мы стали сильнее. Дракон земли, похоже, набрал немало Кив по ту сторону кромки, о чём, правда, можно было догадаться и по его огромным размерам. В конце концов, мы его жрали неделю, пока не остались выскобленная шкура и скелет, чья черепушка сейчас была установлена мной у входа в наше скромное жилище. А по вторую сторону двери лежал череп крокодила. Выглядел он, конечно, скромнее, но тоже был весьма внушителен, а мясо его обладателя — вкусным и полезным.
На охоту за очередной рептилией меня сподвиг Лизь, что было ожидаемо. Хотя никто не был против. Дары воды все любили. Травоядные же, что живут на нашей земле и ходят к нам на водопой, наша добыча, а не какого-то чешуйчатого засранца. Тем более что с ним всё оказалось даже проще, чем со змеёй в прошлом году. Мой самый прожорливый брат выступил в роли приманки, как инициатор, которого должна иметь инициатива, а я накинул петлю из лианы на челюсть крокодила. Дальше всё стало делом техники. Большой гибкостью или ядовитостью противник не отличался, в отличие от одной своей дальней родственницы.