Разогнались в свободном падении мы прилично, и Зэдал со всей дури долбанул по небольшому полому холму здоровенным огненным шаром, который меньше чем за секунду раздул от размеров огонька зажигалки до примерно метра в диаметре. Против меня на наших тренировках в небе принц ничего подобного не демонстрировал, но там бои, во-первых, шли на очень больших скоростях, так что особо не пососредотачиваешься на могучих атаках, а во-вторых, не было нужды в столь сильных ударах, мы ведь не пытались друг друга прикончить. Здесь же явно имело место быть что-то убийственное. Огненный болид пробил холм и с гулким звуком взорвался внутри, и из дыры в земле ударил длинный язык пламени.

Я же отпустил принца, включившего свои «реактивные двигатели», так как маскировка уже была нами утеряна, и готовился если что прикрыть ученика. Зэдал начал чуть ли не ковровое бомбометание в каждую кочку, которая казалась ему подозрительной. Чувствительность у него была неплохая, так что люди в землянках начали гореть заживо. Мы пронеслись над лагерем, набирая высоту, но вопреки изначальному плану его долбанное высочество заложил вираж и снова ушёл в свободное падение. Из-за пламени на земле в ночном небе что-то разглядеть было тяжеловато, так что Зэдал снова пролетел над лагерем, устраивая ещё большее опустошение под мой семиэтажный забористый мат.

Причём ругался я не зря. На третьем заходе принца за шкирку пришлось выдёргивать из под разряда молнией, отправляя собственную электрическую дугу вниз в доморощенного пвошника, который успешно увернулся от моего удара и шарнул нам вдогонку, заставляя резко маневрировать.

— Ты что творришь⁈ — проорал я.

— Без риска нет побед! — крикнул он в ответ. — Отпускай, пройдём ещё кругом по периметру!

— Они уже готовы, получим в ответ по моррдам.

— Пойдём на предельной высоте! — снова крикнул он. — Не все уйдут из-под ударов по площадям. Считай это приказом твоего будущего короля!

— Ты такими темпами не доживёшь до корроны! — гаркнул я, вспоминая похожий диалог другого принца с наставником, где оба считали, что они опупеть как правы. — Вернёмся ближе к утру, пусть успокоятся и решат, что мы ушли окончательно.

Зэдал ещё немного поспорил, но мне удалось-таки отговорить этого горячего тибцэнского парня от глупостей. Вот вроде адекватный человек, но иногда импульсивность огневиков и в нём даёт о себе знать. Но утром мы всё-таки повторили налёт на рассвете, и Зэдал устроил площадные удары по бойцам, вылезшим из укрытий и собиравшимся в путь. А затем мы, наконец, умотали порталом обратно в осадный лагерь, где благополучно начали пьянствовать.