Тренировочное крыло занимало половину восточного этажа. Четыре зала: для работы с кинжалами, для магических спаррингов, для отработки захватов и для общей физической подготовки. Я свернул во второй — самый большой.

Пол здесь был выложен тёмной, слегка пружинистым полом. Стены покрыты рунами поглощения — чтобы случайная магия не разнесла половину Бастиона. В углу — стойка с оружием: мечи, кинжалы, палки. Вдоль стен — манекены в чёрных доспехах.

Когда-то я сам тренировался здесь. Меня готовили как Главу — Гильдия несколько лет жила без руководителя, Совет Империи тянул с назначением. Лучшие маги-наставники показывали приёмы, но касаться боялись. Никто не хотел рисковать. Не дай бог я их высосу.

Я привык к этому. К тому, что люди отводили взгляды, когда я проходил мимо. К тому, что даже в спаррингах использовали магические барьеры, чтобы моя кожа не касалась их кожи. Это было нормально. Это было частью моей жизнью.

Я толкнул дверь.

— Вы долго, мистер Глава Гильдии.

Она стояла в спортивной форме — чёрные облегающие штаны, серая футболка, волосы собраны в высокий хвост. Руки в боки, брови приподняты. Выражение лица — одновременно насмешливое и настороженное.

— Я торопился, — сказал я, подходя к стойке с оружием.

Взял две тренировочные палки — гладкие, из зачарованного дерева, не слишком тяжёлые. Одну оставил себе, вторую бросил ей.

Она поймала ловко — рука метнулась вверх, пальцы сомкнулись на дереве. Будто делала это сотни раз.

— Так что, начинаем тренироваться? Что будем делать? Сначала разминка? Какие-то правила? Удары куда разрешены? А в лицо можно?

Я быстро накинулся на неё. Шаг, замах, палка пошла в сторону её голени — она отступила, но я уже просчитал траекторию. Поддел палку снизу, выбил равновесие — и она рухнула на спину, громко охнув.

— Меньше болтай, больше делай, — сказал я.

Она подскочила мгновенно. Глаза горели. Палка в её руке описала дугу, целясь мне в рёбра — я ушёл в сторону. Ещё удар, ещё. Быстро, зло, но неумело. Сила была, техники — нет.

— Ты специально не даёшь мне ударить? — выдохнула она, не прекращая атаки.

— Специально даю тебе понять, что ты медленная.

— Осторожнее, глава, я могу обидеться.

— Обижайся. На поле боя тебя жалеть не будут.

Она сделала ложный выпад, потом попыталась пойти в корпус — я снова ушёл, палкой подбил её запястье, и оружие вылетело из рук. Она осталась с пустыми руками.

— Отлично, — сказала она, глядя на свою палку, откатившуюся в угол. — А теперь что?

— Теперь ты безоружна.

Я убрал свою палку за спину — дразня, показывая, что не буду ею пользоваться.