Не только Демид, но и все остальные на мостике напряженно всматривались в большой экран, в данный момент транслирующий картинку с внешних камер, многократно увеличенную. Два огромных корабля, раскрашенных в защитные цвета, как всегда любили делать кадарцы, двигались к огромному строению, одного взгляда на которое должно было хватить, чтобы понять — подобное не строили люди, здесь постарался иной разум.
— Они ушли из системы, — сообщил оператор, когда все три корабля исчезли в яркой вспышке.
— Ворота заработали, — констатировал Тифон.
— И что это значит? — мрачно поинтересовался Демид.
Тифон лишь пожал плечами.
— Либо дэусы ушли, и врата вернулись в штатный режим, либо…
— Что либо?
— Либо дэусов и не было, а с воротами, как ты говоришь, произошел сбой.
— Вызвать флот «Брабант» — приказал Демид.
— Нет ответа, — тут же отозвался оператор.
— Ну что же… Нам остается только ждать, — вздохнул Демид.
— Чего?
— Пока кадарцы там все обнюхают и разрешат влететь нам. Тогда сами все и увидим…
Пройти сквозь врата им разрешили только тогда, когда врата ярко вспыхнули, и рядом с «Новым Началом» появились линкор и два крейсера, несколько часов назад уходившие на разведку в запрещенную систему.
Как только появились разведчики, весь флот кадарцев развернулся и отправился прочь.
— Ну что же, теперь наша очередь посмотреть, что там было, — хмыкнул Демид.
«Новое начало» двинулся к вратам. Вспышка, чувство невесомости, резко навалившаяся тяжесть, и они уже там, где оставили «Брабант».
— Кораблей не обнаружено, — отчеканил оператор пространства, внимательно вглядывающийся в экран своего терминала.
— И где тогда они? — поинтересовался Демид, рассматривая тактическую схему системы.
— Вон там, — мрачно ответил ему Тифон, указав в точку возле планеты, где была организована ловушка на конвой.
— Там никого нет, — уверенно ответил оператор пространства, — Там только какие-то мелкие обломки. Астероиды, что ли?
— Они там были, — ответил Тифон с какой-то горечью в голосе. — И это не помехи, это обломки.
Когда «Новое начало» добрался до места засады, то абсолютно все на мостике словно воду в рот набрали — никто ничего не говорил и не хотел говорить. Они оказались словно среди былого побоища — везде летали ошметки кораблей, или даже целые фрагменты, в которых угадывались фюзеляжи, крылья, носовые части лоханок старателей.
Были и крупные обломки, которые могли остаться только после разрушения больших кораблей.
— Их всех уничтожили, — прошептала Терма. — Никто не остался… Я… Я не чувствую выживших. В этой системе вообще нет живых.