— Дарёному коню в зубы не смотрят, — замечает Серёжа, неожиданно обнаружив в ящике с патронами разгрузочные жилеты. — М-да…

— Хочется матом, но боязно, — хихикаю я, потому что патронный ящик — само по себе интересно. А уж то, как патроны упакованы, вызывает желание смеяться без остановки. — Автор того места, где мы находимся, никогда не видел, как патроны хранят, — делаю я простой вывод. — Ну да нам же легче.

— Это точно, — кивает мне любимый. — Хотя разгрузка, упакованная вместе с патронами, — это анекдот.

— Не то слово, — отвечаю я ему, занимаясь распихиванием всего по карманам. — Давай собирать с учётом того, что полную укладку мы не уволочём.

Рюкзаки такого типа надо уметь правильно укладывать. Задумавшись, я оглядываюсь по сторонам, замечая приоткрытую дверку железного шкафа. Из любопытства подаюсь к ней, чтобы сначала ошеломлённо замереть, а потом уже сдавленно захихикать. Потому что так точно быть не может.

— Чего смеёмся? — заинтересовывается Серёжа.

— А вот гляди, товарищ лейтенант, — показываю я ему свою находку, — «Дубок»[8] висит. Спорим, на наши размеры?

— И спорить не буду, — хмыкает он. — Надо же, древность какая[9] …

— Как будто «ксюхи» сверхновые, — ворчу я, принимаясь переодеваться.

Серёжа также споро меняет форму одежды, обнаружив и сапоги. Не ботинки, а сапоги! Офицерские, но тем не менее. А я вдруг ощущаю себя более уверенной, как будто камуфляж сработал успокаивающим средством. Кстати, может быть такое, принимая во внимание, в чём я всю жизнь хожу. Ну вот теперь я себя чувствую уже почти офицером, учитывая возраст. Старую одежду засовываю под спину, начав более внимательно паковаться. На десяти килограммах стоит остановиться, ну максимум пятнадцать. Любимый, кстати, согласен, поэтому, общаясь в основном жестами, мы складываемся, чтобы затем покинуть помещение.

Пройдя по коридору, выходим в столовую, держа оружие в готовности. Агриппина, уже начав улыбаться, будто на стену налетает, глядя на нас, а я раздумываю о боевом камуфляже да и оружии. Главное, разглядывая оружие, не заржать. Такая же проблема и у Серёжи, кстати, потому что «ксюха» с оптикой — это очень смешно. Причём не ночной прицел, а вполне так себе оптика для стрельбы на расстояние больше километра. Учитывая прицельную дальность оружия[10] … Понятно, в общем-то.

— Ну расскажи нам, Агриппина, — предлагает ей Серёжа, — что случилось на этой земле да кому ты нас продать вздумала?

— Воины… — упавшим голосом констатирует она. — Но как так? Вы же лекари! Лекари не берут в руки оружия!

— Очень любим жизнь, — объясняю я ей. — Сейчас ты нам всё расскажешь, а потом и аппаратуру связи покажешь. Тогда, может быть, в живых останешься.