— Мы — интернациональный медицинский отряд. Нонкомбатанты. Лица неприкосновенные.

— Что? — с изумлением посмотрел на доктора Ленин. — Вы верите в то, что будут считаться с вашим статусом? Может, красный крест покажете?

— Крест? Красный? Нет, мы по другому ведомству. Но смею вас уверить, неприкосновенность наша гарантирована.

— Троцким? Дзержинским? Сталиным?

— Ай, да водочка, ай, с огурчиком, Сталин Троцкого убил ледорубчиком! — тихонечко пропел шофёр.

Магель поморщился — самую малость.

— Селифан, Владимир Ильич, воображает себя гласом народа. Сермяжной правдой. Порой так и хочется его высечь!

— Коли высечь, то и высечь; я ничуть не прочь от того. Почему ж не посечь, коли за дело? Оно и нужно посечь, потому что мужик балуется, порядок нужно наблюдать. Коли за дело, то и посеки; почему ж не посечь?

— Не паясничай, не время.

Шофер надулся, и уставился на портрет Карла Маркса, время от времени подмигивая автору «Капитала», но рта более не раскрывал.

— Но ситуация да, требует нашего активного участия, — продолжил доктор. — Не для того мы преодолевали пространство и время, не для того применяли методу двадцать два, чтобы отдать вас на растерзание революционным матросам.

— Почему матросам? — удивился Ленин.

— Это условно. Латышским стрелкам, корейским отрядам справедливости, китайским красным дьяволятам — не суть. Я предлагаю вам эвакуацию.

— Эвакуацию?

— Да. В Гельсингфорс, или в Копенгаген. А дальше вы уже сами, сами.

— В Гельсингфорс? Но как это возможно?

— Антуан, доложите ваш план, — сказал доктор.

Высокий негр начал:

— Отряд Кавалеров Ордена Ленина будет удерживать атаки революционных — или, если угодно, термидорианских, — сил в течение недели. Это вполне по силам — теперь, когда у каждого есть винтовка, патроны, плюс пулемет, плюс позиция, плюс мы поставим девиатор — и Кавалеры Ордена Ленина продержатся хоть до весны, но этого не требуется. Затем они применят маневр рассеяния, малыми группами переберутся в Петроград и будут вести жизнь неприметную, жизнь цикад — в ожидании дальнейших распоряжений. Ваших распоряжений, товарищ Ленин.

Остальные обитатели объекта Горки сдадутся на милость победителей. Явочным порядком. К тому времени раж у революционных матросов спадет, возглавят атакующих люди думающие, и, по всей видимости, на месте не убьют. Дальнейшая их судьба будет мало отличаться от судьбы остальных граждан этой страны. В определенном диапазоне.

А выздоравливающего мы доставим в Гельсингфорс за три дня. Всё подготовлено.

— Но каким путем? Я должен знать!

— Обыкновенным. Ничего сверхъестественного. Деньги и сила — вот двигатель эвакуации. Так что готовьтесь. Много вещей с собой не берите, только самое важное, что может поместиться в портфель.