— Нет, сэр. Ещё мне показалось, что девушка была под воздействием какого-то вещества. Или веществ. Слишком блестящие глаза. Возбуждённость. Рваный темп речи. Постоянно казалось, что она на грани истерического смеха или взрыва агрессии.
— М-хм… Похоже на эльфийскую пыль, если эти длинноухие не изобрели ещё какую-нибудь дрянь. Ладно, Уилл, идите отсыпайтесь.
ТРИДЦАТЬ ДЕВЯТЬ
Несколько дней департамент бурлил. Всё началось с того, что в то утро, когда мне разрешено было отоспаться, Эрмина Винкер согласилась на расширенный допрос, к которому был привлечён штатный псионик. В момент погружения в глубокое медитативное состояние из памяти девушки удалось выудить обрывок разговора, услышанный в полубессознательном состоянии. Речь шла озвере , которого нужно накормить.
— Более того! — с экспрессией рассказывал мне Джеральд, который по возвращении из «Грозового гнезда» отказался отправляться домой на отдых, а присутствовал при опросе. — Разговаривали двое и сошлись на том, что магического уровня девушки хватит дляразовой жертвы .
— Выходит, что эти жертвы у них на поток поставлены? Отсюда и пропажи девушек из приличных семей.
Мы не развивали эту тему. И так было понятно — даже если в небогатом семействе обнаруживается одарённый подросток, это сразу подталкивает семью по социальной лестнице. У одарённых родителей выше шанс родиться ребёнку с хорошим потенциалом. Естественным образом под первый удар попадали девушки из самых благополучных фамилий.
— Понять бы, для чего они кормят этого зверя? Кто бы ни были этиони .
— О, тут варианты могут быть самые разнообразные. Первое, что мне лично приходит в голову — получение от указанного зверя какого-либо ингредиента. Чешуи. Гла́за. Печени, в конце концов.
— Но это же должно убить тварь?
— Вовсе не обязательно. Монстры чрезвычайно живучи. А восстанавливаться могут как раз за счёт жертв. Кстати, если, например, с него сцеживают кровь, то тут и вовсе переживать не о чем.
— Действительно. И как по-твоему, чего этот неизвестный или неизвестные хотят добиться?
Джеральд грустно усмехнулся:
— Как показывает практика, набор целей у злодеев ограничен, почти как в плохих книжках. Чаще всего они жаждут молодости, богатства или власти. Или всего этого вместе. Иногда, конечно, случаются безумные идеи, но… помяни моё слово, скорее всего жертвы приносят ради чего-то из первого короткого списка.
Мы помолчали.
— А в «Грозовом гнезде», ты говоришь?..
— Ничего, — развёл руками Джеральд. — Чисто до стерильности. Никаких девушек, никаких следов. Более того, доблестная охрана, захваченная для расспросов, поголовно подверглась некой странной лихорадке, повлекшей за собой длительное бессознательное состояние, а затем — полную потерю памяти.