— При всём моём уважении, господа, никто не покинет этой комнаты и не совершит никаких звонков до начала операции. Мы все будем находиться здесь, под присмотром друг друга до того момента, пока за нами не прибудут машины. Если кому-то нужно взять из хранилища оружие, я сопровожу вас лично. После чего мы вновь вернёмся сюда. Я надеюсь, ни у кого нет возражений?
— То есть, обедом мы жертвуем? — спросил Ретингтор.
— Сегодня — безусловно. Потому что я устал жертвовать людьми.
— Прошу прощения! — толстяк поднял руки в защищающемся жесте. — Я просто спросил.
Я вообще недоумевал, зачем парня из лаборатории тащат с собой на операцию и с недоумением посмотрел на Джерри.
— Ретингтор — мастер хаоса, — едва слышным шёпотом сообщил Джерри, понял, что я не вполне понимаю и пояснил: — Мастер по постановке портальных помех. К тому же он спокойный, как удав, ничто не способно сбить его с концентрации. Если он будет рядом с нужным зданием, никто изнутри не сможет магически сбежать.
Я с уважением покивал. Ещё бы! Тогда решение Митчелла становится совершенно ясным. Но глава департамента пришёл в хмурое расположение духа и счёл необходимым пояснить:
— Джентльмены, большинство из вас видели за годы своей службы достаточно дерьма, — в этот момент от неожиданности таких формулировок закашлялся инспектор Брикман, но Митчелл упрямо продолжил в том же духе: — Да-да, джентльмены. Ситуация у нас — грязнее некуда… — Он помолчал. — Каждый служащий департамента при поступлении на службу проверяется в том числе и с точки зрения психической устойчивости. И у всех вас в личных делах стоят отметки о соответствии. Но сегодня вы должны максимально собраться с духом. То, что мы увидим там — поистине отвратительно. Поэтому мы не имеем права на ошибку.
— И ещё, — добавил Харрисон, — всех, кого мы там застукаем, нужно вывернуть наизнанку, чтобы они назвали максимальное количество сообщников, прежде чем предстать перед императорским судом. Поэтому сегодня мы не убиваем никого. Наше дело — сделать так, чтобы они могли говорить, но не могли убежать.
— Стазис? — коротко уточнил Джеральд.
— Слишком жирно для них, — возразил Харрисон.
— Могу предложить отрывать ногу, хотя бы до колена, чтобы бежать было затруднительно, — мрачно пошутил я, но Харрисон одобрительно осклабился:
— Подойдёт!
После этого мы вооружились до зубов, погрузились в автобусы и ехали часа три. Первый автобус — те, кому предстояло окружить здание на земле, второй, чуть менее полный — десант, в котором сидел и я, причём на крыше у нашего автобуса была привязана некая странная складная конструкция.