— Однако…
— Не самый удобный способ десантирования, — заявил Джерри, наблюдая за моими телодвижениями. — Поэтому не рекомендуют приземляться на драпировки и растения. Лучше сразу на что-то твёрдое и отстёгивать эти штуки, иначе они будут мешать тебе быстро двигаться. Ну давай, залезай. Я вижу, Митчелл почти собрал свою штуковину. Спрыгнем раз, и можно будет двигаться.
Я забрался на автобус и Джеральд показал последний фокус.
— Если сгруппироваться, то полетишь быстрее, смотри. — Он присел на краю крыши на корточки и спрыгнул в таком виде, почти упав. — Но тогда, — прокряхтел он с земли, поднимаясь, — посадка получается достаточно жёсткая. Если нет опыта, лучше так не делать. Или сперва сгруппироваться, а потом вытянуть ноги, сразу замедлишься. Как видишь, сейчас у меня не хватило на это времени. Давай, спрыгни, только без приседаний. Просто шаг вперёд.
Я шагнул и плавно поплыл вниз, даже медленнее, чем это происходило бы в воде.
— Отлично, — сказал Митчелл, который тоже присоединился к наблюдению за моими эволюциями. — Прошу на борт, джентльмены.
На траве лежала белая… наверное, площадка, так её можно было назвать. Это была та штука, которую мы везли на крыше автобуса. Сейчас она была развёрнута, словно треугольный зонтик, а по центру её возвышалась управляющая панель из нескольких простых рычагов. Митчелл (именно он, как воздушник, должен был доставить нас в нужное место на этом «зонтике») прошёл в центр конструкции, положил руку на пульт и поднял платформу на уровень обычного стула:
— Присаживайтесь, джентльмены, мы отправляемся.
Расселись мы очень просто — прямо по краям, свесив вниз ноги и держась за простейшие ручки-петли, во множестве имеющиеся по периметру этой штуковины.
— Уничтожим этот рассадник, — пробормотал Митчелл себе под нос, но я его услышал. И, думаю, не только я.
ЛОГОВО
Мы летели довольно долго — около получаса, и лес внизу не подавал никаких признаков присутствия в нём человека. Надо полагать, «Гретстон-хаус» был выбран в качестве места сборища этого культа именно из соображений удалённости и глуши. Кому понадобится проверять старую усадьбу, которая по всем документам давно заброшена? Оттуда не поступает никаких тревожных сигналов, никто не подаёт заявлений о шуме — потому что некому подавать, там нет соседей. По трассе не снуют подозрительные машины и экипажи, которые могли бы привлечь излишнее внимание. Налог на недвижимость вносится в срок.
Никому не придёт в голову тащиться из Фробриджа в такую даль, чтобы просто посмотреть на старые стены — мало ли таких заброшенных усадеб! А у департамента и в самом городе проблем хватает, чтобы отправлять инспекторов с разъездами просто так.