— Ты сколько не спал? — спрашивает Катя, хмуро меня оглядывая.
Я не спал двое суток. Это впервые еще со студенческих времен.
— Да не парься. — Машу рукой, не хочу выглядеть хлюпиком в ее глазах. — Я еще вполне в адеквате…
— Ты в зеркало себя видел? — Катя начинает меня отчитывать. — Глаза красные, руки трясутся. Иди спокойно поспи хоть чуть-чуть, а я побуду с Даном, если ты так волнуешься. Если что, разбужу тебя, не переживай.
Не хочу ее оставлять.
— Так не пойдет, — качаю головой. — Ты беременная, ты должна спать, а я…
— Не волнуйся, — успокаивает меня она. — Я-то выспавшаяся, справлюсь. А ты так долго не протянешь. Иди, спокойно поспи, кому будет лучше, если ты свалишься от усталости?
Нехотя киваю, ухожу в соседнюю спальню, хотя звездец как не хочется.
Катя дома! Когда еще такое будет? А я тут собрался дрыхнуть. Хотя… Может быть, она насовсем пришла?
Эта мысль мне как маслом по хлебушку.
Приятна и до чертиков успокаивает.
Я ложусь на кровать и чувствую, как глаза сами собой закрываются.
Решаю поспать час.
Один только час…
Кажется, проходит ровно одна секунда с тех пор, как я прикрыл веки. И вправду всего одна. Моргнул и… Пять утра!
Смотрю на циферблат, и у меня екает сердце.
Катя с Даном уже больше трех часов одна. Она, наверное, уже сходит с ума! Я-то знаю, как мой нахаленок может вымотать.
Хотя… Плача ребенка не слышно. Надо же, это удивительно.
Осторожно прохожу в спальню Дана и застаю чудеснейшую во всем мире картину.
Дан спит в люльке, а Катя — на диване, что располагается рядом. Сладко спит, кутается в мягкий темно-синий плед, даже чуть-чуть посапывает, чего раньше за ней не наблюдалось. И мой пацан против этого звука совсем не возражает.
Решаю, что нарушить их идиллию было бы кощунством.
Цапаю видеоняню и выхожу из комнаты.
Спускаюсь вниз, иду прямиком на кухню и готовлю спартанский завтрак: яичницу, тосты. Параллельно включаю кофемашину. Нарезаю сыр и ветчину, жалею о том, что не закупил продукты впрок. И в порыве вдохновения нарезаю ломтиками бананы — единственный фрукт, который нашелся в холодильнике.
В этот момент вижу через экран видеоняни, как Дан начинает кукситься.
Я уже на низком старте — бежать к малому, проверять, пописал ли, покакал или голодный. Три кита, на которых зиждется забота о младенцах. Но не успеваю и шага сделать, как слышу Катино:
— Ш-ш-ш…
Она даже не встает.
Вижу на экране, как она ловко хватает бортик люльки и качает.
И снова этот звук:
— Ш-ш-ш…
Если б меня так качали, я б, может, тоже заснул, причем с удовольствием.
Дан затихает, а Катя все-таки окончательно просыпается. Садится на диване, озирается по сторонам, словно удивляется тому, где находится.