Глава 7 Откровения на деловом ужине
В назначенное время они подъехали к дому Волынских. Особняк нежно-салатового цвета выглядывал на улицу фасадом с высоким портиком и белоснежными колоннами. Окна на всех трёх этажах сияли, отражая лучи заходящего солнца.
Их провели в довольно скромную гостиную с простыми обоями в тонкую полоску на стенах и мебелью, обитой точно такой же тканью. Кажется, такой стиль в Невограде недавно вошёл в моду и назывался минимализмом. Вскоре к ним вышел хозяин дома. Панарин представил ему Дану.
— Моя помощница, незаменимый в моём деле человек.
Егор Кузьмич, которого она уже имела счастье видеть мельком в тот злополучный день, если и удивился, то промолчал. Невысокий, но с массивным торсом, он весь был какой-то коренастый и, видно, не обделён силой. Ей пришла в голову мысль, что его сын, Богдан, вовсе на него не похож: во-первых, высок, во-вторых, строен… ну, и весьма привлекателен, да. От этих мыслей она смутилась, словно озвучила их вслух.
Волынский утирал мокрую лысину и выглядел мрачно, склеры его блеклых глаз отсвечивали желтым, что могло свидетельствовать о болезни печени, о чём косвенно говорила и объёмная талия ювелира.
— Что ж, господин Панарин… и вы, сударыня, — вздохнул Егор Кузьмич, — приглашаю к столу, отпотчевать чем боги послали, а там и о делах наших скорбных поговорим.
Боги послали Егору Кузьмичу от щедрот своих довольно обильный стол. Когда они вошли в столовую, на белоснежной скатерти уже красовались холодные закуски: осетрина заливная с хреном и маринованными перепелиными яйцами, тарталетки с паштетом из гусиной печени и инжиром, корзиночки из сырного теста с трюфельным маслом и рукколой. Тяжёлые бокалы из чистейшего хрусталя преломляли свет люстры. Из напитков присутствовали минеральная вода в графинах и ароматный клюквенный морс.
Волынский уселся во главе стола, Дане и Панарину указал на места напротив. Хорошо начищенное столовое серебро пускало слепящие блики. Дана взяла в руки ножичек и с интересом разглядывала весьма затейливый вензель на конце его рукояти. Она даже поднесла нож поближе к глазам. Она рассмотрела гибкое тело, когтистую лапу и кожистое крыло: какая-то крылатая рептилия свернулась в виде буквы «В».
— Наш фамильный знак, — сказал Волынский, вероятно, заметив её интерес. — Род наш утратил дворянство с того рокового дня, как нашего предка обвинили в государственной измене и казнили. Всех членов семьи, кто избежал смерти, отправили в Сибирь, там-то наш род и обрёл новый смысл жизни.
— Ювелирное дело? — с воодушевлением спросила Дана.