Квартирная хозяйка отказываться не стала. Выпила воду и сунула кружку ей в руки.
— Это немыслимо, — прошипела она, — я этого так не оставлю.
— Я тоже. Вы смеете обвинять меня в аморальном поведении, не имея на это никаких оснований. Могу подать иск о защите чести и достоинстве. Любой суд станет не мою сторону. У меня безупречная репутация, документы об окончании престижного учебного заведения, к тому же весьма приличная работа. Так что можете и дальше придумывать про меня небылицы, а даже распространять их по соседям, но это лишь увеличит сумму иска. Он может достичь… — тут Дана подняла глаза к потолку, словно выглядывая там нужную сумму, — ну, примерно, рублей двести.
— Сколько? — ахнула женщина и снова хватилась за грудь.
— Двести. Я свою репутацию оцениваю дорого. — Дана улыбнулась как можно ласковей. Потом взялась за ручку двери. — Идите к себе, Нина Гордеевна. Выпейте капелек. Успокойтесь и примите верное решение. Уверена, вы справитесь.
Она закрыла дверь и рассмеялась, потом обхватила щеки руками. Господи, что она только что несла? Это все общение с юристами на нее так влияет. Но ведь подействовало? Больше эта грымза к ней не сунется?
Дана не успела отойти от двери, как в нее снова стукнули. Да что такое? Неужели снова эта мегера? Она распахнула дверь и застыла.
— Дана Кирилловна, позвольте войти, — сказал Панарин и переступил порог, не дожидаясь приглашения. — Дело, поверьте, безотлагательное.
Глава 13 А на кладбище все спокойненько…
Панарин стоял в полумраке прихожей вглядывался в Дану, в ее наряд, потом перевел взгляд на двукол. Понимание мелькнуло на его лице, он едва заметно усмехнулся.
— Понимаю, вы весь день на ногах, Дана Кирилловна, но вам придется поехать со мной.
— Что случилось? — Ее сердце забилось часто и громко.
— Объясню по дороге.
— А переодеться? — Дана невольно коснулась пуговиц сюртука.
Панарин, словно заметив сейчас, во что она одета, качнул головой.
— Это неважно. Там, куда мы едем, так даже может быть удобней.
Не говоря больше ни слова, он ухватил ее за руку и потащил за собой. Она еле успела сунуть ключ в замочную скважину и запереть дверь.
Было уже достаточно темно, и магкар сыщика тускло блестел под светом фонарей. Панарин сел за руль, а ей указал на переднее пассажирское сиденье. По тому, как магкар рванул с места, Дана поняла, что в нем свежий флюоритовый сердечник, и что они реально торопятся.
— Итак, — начал он, когда магкар вырулил на центральную улицу и понесся к реке, — помните ювелира, который делал колье? Волынский сказал, что тот уехал в отпуск и пропал? — Дана кивнула, а Панарин продолжил: — Я побывал в его деревне. Родственники утверждают, что он был, но уехал сразу после похорон. Я облазил все уголки, но не нашел следов его пребывания.