— Благодарю, Глеб Олегович. Я приму вознаграждение, хоть и считаю свою роль в этом деле незначительной.
После её слов все как-то расслабились и общее напряжение спало, ровно до того, как Амиров спросил:
— А что имела в виду Елена, когда сказала, что этому ребёнку нельзя родиться?
В наступившей тишине стало слышно, как в груди Неверовича хрипит воздух в изъеденных болезнью лёгких.
— Тархан Улебович, где же ваша восточная выдержка? Такое кофепитие испортить, — вздохнул Панарин.
Глава 6 Любопытство не порок
Когда гости ушли, Панарин достал из ящика стола картонную папку с завязками, открыл и вложил в неё несколько документов, потом что-то быстро написал на внутренней стороне, а затем на внешней.
— Вот, — он протянул ей папку с уже завязанными тесёмками. — Можете присоединить к остальным. Дело о домашнем насилии закрыто.
На белом прямоугольнике, наклеенном на обложку, красивым, почти каллиграфическим почерком значилось: «Неверович Г. О. 12 травня — 17 липеня 419 г. от вц Тр».
Она прижала папку к себе и задумалась.
— Что-то не так? — Панарин поднял голову от блокнота, куда что-то записывал пером-самопиской.
— Савелий Тимофеевич, а вы не будете расследовать, почему Елена так не хотела, чтобы у подруги появились дети?
Панарин дописал строчку, поднял голову.
— Во-первых, меня об этом не просил заказчик. Во-вторых, это и так понятно.
Он продолжил писать, ей ничего не оставалось, как заняться папками.
— Дана Кирилловна, как вы смотрите на то, чтобы составить мне компанию на ужине? — спросил он внезапно.
Вопрос застал врасплох. Согласиться? Не будет ли это истолковано так, что их отношения могут перейти из чисто деловых в личные? Или он не это имел в виду?
Пока она старательно делала вид, что размышляет над ответом, сыщик вдруг кашлянул, как ей показалось, смущённо и сказал:
— Простите, Дана Кирилловна, не учёл, что мой вопрос мог ввести вас в заблуждение. Конечно, в моём предложении не было никакой подоплёки, просто сегодня мне предстоит встреча с потенциальным заказчиком, и ваши услуги по стенографированию могли бы пригодиться. Вы же владеете этой техникой скорописи?
У неё сразу отлегло от сердца, и одновременно царапнуло лёгкой досадой. Так, она потом подумает над этим феноменом. Вслух же она сказала:
— Владею, но почему вы спрашиваете мою готовность? Я ведь ваша помощница, и это мои обязанности.
— Да, но только до шести вечера. Ужин назначен на полседьмого, так что вы вправе отказаться и пойти домой отдыхать.
— А кто заказчик? — встрепенулась она, пропустив мимо ушей про время и прочее. — Это хозяин ювелирной лавки? Мы будем искать колье?