Створка пятнадцатого канала разорвалась.

Я видел это в витальном зрении с хирургической чёткостью. Тонкая мембрана, державшаяся на честном слове, лопнула по линии наименьшего сопротивления, и субстанция хлынула в канал, но вместо хаотичного прорыва произошло то, чего я не ожидал.

Четырнадцатый канал, уже открытый и стабильный, поймал волну с другой стороны. Два потока столкнулись где-то в районе коленных суставов и замкнулись. Контур нижних конечностей заработал как единая система.

Каскадная синхронизация.

Лис стоял с закрытыми глазами, его тело чуть покачивалось, и субстанция циркулировала по его ногам с ритмичностью, которую я обычно видел у культиваторов второго круга, отработавших свои маршруты годами.

Побег пульсировал чаще обычного. Земля вокруг него нагрелась, и от неё поднимался тонкий парок.

Золотые символы проступили перед моими глазами.

ЛИС: 1-Й КРУГ КРОВИ

Каналы нижних конечностей: 16/16 (полная активация)

Возраст субъекта: 11 лет

Совместимость с фоном: 93.6%

Строки повисели пять секунд и растаяли.

Вышел из мастерской. Лис стоял у побега, и когда я приблизился, он открыл глаза.

Зрачки расширены, радужка потемнела на полтона — типичная реакция на первый прорыв, кровеносные сосуды глаз уплотняются, и склера приобретает тот характерный кремовый оттенок, который я видел вчера у Варгана. Только у Варгана это случилось на третьем круге, после мучительной процедуры с криками и кровью на досках. А Лис стоял босиком на холодной земле и выглядел так, будто просто хорошо выспался.

Он посмотрел на свои ноги, потом на меня.

— Учитель, — сказал он тихо. — Я чувствую пол.

— Землю, — поправил я.

— Нет. Пол. Доски в мастерской. Через землю и камень фундамента. Доски вибрируют, потому что побег дышит, и я чувствую каждую доску. — Он помолчал, подбирая слова. — Как если бы у меня выросли ещё десять пальцев, только не на руках, а под землёй.

Я положил ладонь ему на плечо. Серебряное касание показало мне то, что показала система. Контур замкнут, стенки каналов стабильны, давление в норме. Никаких микроразрывов, никаких рубцов. Чистый, идеальный прорыв, какой бывает раз в поколение, и то если повезёт.

— Первый круг, Лис, — сказал я. — Ты прорвался.

Мальчик кивнул, не высказав радости или удивления.

— Горт, — позвал я, не оборачиваясь.

Мальчик уже стоял в дверях мастерской с черепком наготове. Разумеется, он стоял в дверях. Он слышал вибрацию фундамента и звон посуды и вышел проверить.

— Дата, время, результат, — сказал я.

Горт записывал.

— Лис, — я убрал ладонь с его плеча и присел, чтобы наши глаза оказались на одном уровне. — Слушай внимательно. Пока меня нет, ты второй после Горта. Он отвечает за настои, ты за побег. Если побег ускорится выше двадцати четырёх ударов, ты садишься рядом и через стопы выравниваешь ритм. Как Ферг, но мягче. Помнишь, как я показывал?