Наш кортеж прибыл к главному входу в Гатчинский дворец, где пребывал Государь. Почётный караул вытянулся по струнке, встречая нас. Почти сразу на улицу вышел очень важный и расфуфыренный распорядитель, поклонившись мне с максимальным почтением.

— Прошу вас, Михаил Иванович, — сказал он. — Его Императорское Величество сейчас на важной встрече. Они просили поставить в известность сразу же по прибытии, но, как вы сами понимаете — придётся подождать. Следуйте за мной.

Мы шли по парадному коридору, мимо пышущих Эхом картин и скульптур. Здесь даже подсвечники фонили так, что душно становилось. Я почувствовал себя как пчела в цветущем саду. Всё такое чудесное.

Распорядитель величественно, но не медлительно, вышагивал впереди меня. Набалдашник его трости звонко соприкасался с мраморными плитами.

— Почти пришли, Михаил Иванович, — повернулся он ко мне и чуть поклонился, пропуская в уводящий влево коридор. Но вдруг остановился. Его лицо на миг дрогнуло в изумлении, но только на миг.

— Ваше благородие, Император повелевает немедленно сопроводить вас в приёмный зал! — с ещё большим почтением произнёс он, моментально перенаправив меня. Над нами проплывали расписные потолки, на которых сражались ангелы и спускались на землю святые, слева и справ покоились в нишах доспехи, от древних стальных до современных пластикоровых. И каждый из них обладал историей. В этом сражался Александр Великий, а этот был на Николае Воеводе в его известном Шестидневном Тибетском Походе.

Распорядитель провёл меня по главному коридору, мимо застывших по стойке смирно имперских стражей, подошёл к огромной белой двери, обрамлённой позолотой. После чего постучал, дождался сигнала и без труда, задействовав аспект, открыл её.

— Прошу, — склонился он передо мной. И я вошёл в огромный зал, в конце которого на небольшом возвышении находился довольно скромный трон. Император сидел на нём, а перед ним стоял высокий лысеющий мужчина в чёрном с золотом одеянии.

— Граф Баженов! — улыбнулся Государь, поднимаясь.

— Ну наконец-то!

— Простите, Ваше Императорское Величество, но вы ошибаетесь, — поклонился я. — Я не граф.

— Это ты ошибаешься, Миша с Урала, — усмехнулся Император. Лысеющий мужчина в чёрном и золотом с интересом посмотрел на меня. Государь прошёл мимо него, положил руки мне на плечи, заглядывая в лицо.

— Вот она, надежда Российской Империи! Видишь, Иоганн? — он обернулся на чёрно-золотого. — Смотри, смотри на него.

Император повернул меня лицом к незнакомцу. Лысеющий без улыбки изучал меня, задумчиво перебирая массивные деревянные чётки.