Преимущества: нулевые. Неизвестность всегда хуже определенности, особенно когда враг делает первый ход.

Вариант второй:немедленно сообщить императору.

Риски:низкие в краткосрочной перспективе. Демонстрация лояльности, безусловный плюс к репутации. Но — потеря уникальной возможности узнать, что именно задумал первый министр. Информация в войне ценнее золота, а шанс получить ее из первых рук выпадает нечасто.

Преимущества:этически правильно. Соответствует клятве верности.

Чип отметил эту мысль как 'нерелевантную для текущего анализа решения.

Вариант третий:ответить Граусу, выяснить детали предложения, затем принять информированное решение на основе полученных данных.

Риски:переменные, зависят от содержания беседы и способности сохранить контроль над ситуацией.

Преимущества:максимум информации при минимуме обязательств. Возможность оценить намерения противника. Время для обдумывания.

Логика была очевидной. Гинце выбрал третий вариант — единственный, дающий ему тактическое преимущество.

Его пальцы забегали по клавиатуре, набирая ответ:

«Господин первый министр. Ваше послание получено и, признаться, весьма меня заинтриговало. Готов выслушать предложение»

Ответ пришел с такой скоростью, словно Граус все это время сидел у терминала, ожидая реакции, на самом деле была активирована программа дальнейшего развития ситуации в файле сообщения, в которой алгоритмы были от «мгновенного уничтожения всего текста», до «различных вариантов продолжения». Но Гинце тут же прервал связь, не позволяя голограмме первого министра появиться, понимая, насколько сильно он сейчас играет с огнем — причем с обеих сторон одновременно…

Нужно было найти защищенное, не прослушиваемое службой безопасности помещение. И о таком месте Гинце знал…

* * *

Пока наш профессор размышлял о грядущем разговоре с первым министром, в другом крыле резиденции княжна Романова завершала свой вечерний ритуал — неторопливо расчесывала своим непослушные волосы перед зеркалом. Сто движений. Привычка, оставшаяся с далекого детства, когда мама еще была жива и сама расчесывала дочери волосы, рассказывая волшебные сказки о прекрасных принцессах и благородных рыцарях, побеждающих злых драконов.

Драконы, как оказалось, были вполне реальны. Только выглядели они совсем иначе — принимали обличье первых министров с ангельскими улыбками, князей империи и адмиралов-предателей в безупречных мундирах.

Девяносто восемь, девяносто девять, сто.

Таисия закончила отсчет, положила расческу на туалетный столик и посмотрела на свое отражение. Усталое лицо, синяки под глазами, которые даже косметика уже не могла скрыть — война не щадила никого, даже царственных особ двадцати с небольшим лет. Нужно было спать. Завтра обещал быть долгим днем, полным совещаний, решений, ответственности за жизни людей.