– Тот еще персонаж, – произнесла Анита вполголоса. – Его зовут Джорджо, но все называют его Джорди Ирландец. – И правда, у мужчины была рыжеватая борода, из-под клетчатого берета блестели глаза, образ денди дополняли жилет и зеленая куртка. – О, он меня увидел и идет сюда.

Так называемый Джорди попрощался с группой слушателей, побарабанив пальцами по столешнице, и направился к нам.

– Прекрасная синьора Анита! – воскликнул Джорди, сел за наш столик и отправил в рот печенье с засахаренной вишенкой. После чего пустился в какие-то буддистские рассуждения. Сосредотачивать всю любовь на одном человеке – это неправильно, утверждал он, вытряхивая крошки из бороды красными пальцами, на одном из которых поблескивало обручальное кольцо. Это одержимость, от которой люди теряют голову. Мудрая личность разделяет свою любовь со всем миром, с друзьями, птицами, цветами, небом. Анита рассмеялась с нескрываемым удовольствием. К сожалению, мне хотелось поспорить с Джорди, в итоге я начала говорить какие-то общие бессвязные слова, о которых позже пожалела.

Через некоторое время мы с Анитой извинились и сказали, что нам пора. Уже поздно, нужно было кормить Салли. Начался сложный процесс одевания: пальто, шарфы, шапки….

Мы вышли из «Бара Спаньоло» и услышали, как где-то позади нас новый знакомый продолжал проповедь. Когда мы оказались на улице, Анита сообщила мне, что ирландец считается единственным верным мужем во всем Кастелламмаре.

* * *

Телефон снова принялся сумасшедше трезвонить, как в первые дни моего пребывания у Аниты. Но это не всегда был Даниеле и даже не Доменико. Как-то раз, убирая швабру в кладовку, краем глаза я заметила Аниту. Она держала в руках трубку и разговаривала, наматывая телефонный провод на палец. Это было какое-то гипнотическое движение руки, которая выплетает, вышивает будущее. Звонил всего лишь коллега, сказала она мне позже, адвокат, с которым Анита познакомилась на собрании в Неаполе. Он жил в Риме, но родом был из Пармы. Он очень образованный человек, увлекается политикой, но всего лишь друг.

Как-то ближе к вечеру за мной заехал Раффаэле и заявил, что ему надо отвезти кое-что сестре в гостиницу. «Кое-что» точно было не из квартиры в аварийном доме. Предмет помещался в небольшом пакете, который Раффаэле дал мне. Раффаэле резко газанул. Гостиница находилась над судоверфью, которая с этого ракурса демонстрировала свои тяжеловесные механизмы, и рядом с туристической дорогой, ведущей к замку. Отсюда сверху море казалось длинным и серым, словно река, а гору подпирала каменная стена, удерживающая ее от обрушения на гостиницу. Выкрашенная в яркие цвета гостиница словно выставляла напоказ свои звезды. Государство – вот настоящая мафия, рассуждал Раффаэле, паркуясь. Только государство могло позволить себе расположить в гостинице эвакуированные семьи, по крайней мере зимой, пока мало туристов.