Я вышел из подвала, чувствуя, как внутри всё поёт. Игра, которую я затеял, становилась по-настоящему крупной. Пора было заканчивать горбатиться в депо на разгрузке вагонов — пришло время менять приоритеты. Школьная иерархия дала трещину: теперь у меня на крючке и химичка, и школьный вожак, а дефицит стал самым безотказным инструментом для моих целей.

Впрочем, попав в Союз, я сначала планировал просто адаптироваться, но теперь пора было двигаться дальше. Перспектива день за днём тянуть лямку на заводе меня совсем не прельщала. Чтобы не превратиться в «винтик» системы, нужно было обязательно брать вышку, а заодно — активно карабкаться вверх по комсомольской и партийной лестнице. Только так здесь можно было стать «человеком» и получить доступ к реальным рычагам власти.

Так же я прекрасно понимал: для таких, как Игорёк, комсомол — это не про стройки века, а про удобный социальный лифт. Активная возня в райкоме — отличный трамплин, чтобы запрыгнуть в партийную номенклатуру или в тёплое кресло какого-нибудь управления. Главное — вовремя демонстрировать рвение и колебаться строго вместе с линией партии. За это система выпишет тебе «путёвку в жизнь»: закроет глаза на огрехи в учёбе, подкинет рекомендацию в престижный вуз и обеспечит быстрый рост по службе. Сегодня он школьный вожак, а завтра — уже важный чин в кожаном кресле. И сейчас этот лифт ехал именно туда, куда мне и было нужно.

На следующий день, за несколько минут до первого урока, я заглянул в кабинет комсомольской организации. Игорь в кабинете был один. Он сидел за столом, обложенный какими-то протоколами, и вид у него был немного потерянный.

— Комсомольский привет, — громко бросил я, прикрывая за собой дверь. — У меня хорошие новости.

Игорь даже вздрогнул и сразу выпрямил спину, недовольно уставившись на меня.

— Алексей, ты с ума сошёл так орать? — зашипел он, но в глазах тут же вспыхнул предвкушающий огонёк. — Ну? Что там… Говори же быстрее!

— Всё на мази шеф, — я подошёл ближе и по-хозяйски опёрся руками о край стола. — Договорился на счёт тебя. Будут тебе и «левиса» штатовские, и куртка фирменная — всё по высшему разряду, «муха не сидела». Уже на следующей неделе сможешь перед немцами форсить как заправский мажор, — уже тише порадовал его я и улыбнулся.

Игорь сглотнул, и на его лице отразилась смесь восторга и дикого страха.

— Прямо настоящие? Не самопал какой-нибудь? — неуверенно выдохнул он.

— Обижаешь Игорёк. Вариант стопроцентный, — я пристально посмотрел ему в глаза. — Но ты же сам понимаешь: такие вещи за красивые глаза не дают. С тебя — двести тридцать рэ. И бабки нужны завтра, крайний срок. Как говорится, куй железо, пока горячо.