— Запускаю ремботов, — сказал я. — Пускай идут в «мертвую» зону под килем подлодки.

— Разрешаю, — ответил Измайлов. — Работай без суеты.

Я отдал команду «Помощнику», и ремботики пошли. Траектория их движения складывалась из микродвижений. Они скользили вдоль донного рельефа, цепляясь своими лапами за ил и камни, практически не поднимая облако взвеси.

Первым делом два рембота пошли к винту. Это решение я принял, когда в очередной раз прогонял схему в голове и понял простую вещь: если оставить «Конкерору» нормальный упор на винте, капитан еще долго будет надеяться вытащить лодку маневром и скоростью, компенсируя любые странности в дифференте. А мне как раз нужно было обратное — не грубая остановка, которая сразу выглядит как диверсия, а постепенная, раздражающая потеря послушности, когда лодка вроде идет, но перестает делать это уверенно и предсказуемо.

Пока один рембот аккуратно устанавливал датчики по всему корпусу, два других вышли к винту с двух сторон, прячась в мертвой зоне за ступицей. У каждого на «спине» были закреплены тонкие накладки с симметричным профилем, рассчитанные «Помощником» заранее под геометрию британской гребной лопасти. Не клин, не стопор, не грубая механическая помеха, а именно профильная насадка, которая меняла гидродинамику винта, не ломая его и не оставляя явных следов удара или деформации. Смысл был не в том, чтобы заклинить винт, а в том, чтобы изменить ему характеристики: уменьшить нормальный упор, сбить эффективность и заставить весь винторулевой комплекс работать с минимальной эффективностью.

«Начинаем с внешних кромок, — тихо сказал я „Другу“, глядя на схему в нейроинтерфейсе. — Не лезем в основание, не трогаем ступицу. Пусть у них сначала появится ощущение, что винт просто „не тянет“, а не что его кто-то схватил рукой.»

«Понял, — ответил „Друг“. — Рембот один фиксирует первую накладку. Рембот два заходит на противоположную лопасть. Симметрия будет соблюдена.»

Это было важно. Если посадить накладки несимметрично, винт начнет бить, и любой нормальный механик быстро поймет, что проблема не в воде и не в режиме, а в грубом внешнем воздействии. Симметричный профиль, наоборот, работал тоньше. Лодка не получала явной вибрации, не начинала стучать кормой, не выдавала себя лишним шумом. Она просто теряла часть эффективности на тех же оборотах, а это уже выглядело как странный гидродинамический эффект, загрязнение, кавитационная неприятность, что угодно, только не чье-то целенаправленное воздействие.

Я видел, как ремботы поочередно прижимают накладки к лопастям и фиксируют их магнитными замками с микроподжатием, не повреждая металл. После установки винт снаружи оставался почти прежним, особенно в мутной воде Ла-Платы, где разглядеть что-то без подъема в док было бы почти невозможно. Но его «почти прежность» теперь становилась нашей заслугой. На тех же командах с центрального поста лодка должна была получать меньший ход, хуже слушаться на разгоне и ленивее отвечать на попытку быстро изменить положение в воде.