— Посмотрим, — сказал Измайлов, стряхивая пепел. — В нашем раскладе, только что бы Куба первой не сдулась.

И оба ушли в темноту, оставив курилку за колоннами пустой — и пахнущей дымом победителей.

* * *

Субботнее солнце лениво растекалось по манговому саду, бросая тёплые пятна на скатерть, накрытую к обеду. На длинном деревянном столе, заботливо вытащенном мной под тень деревьев, уже стояли холодные закуски, зелень, бутылки с ромом, графины с соком гуавы и манго, ананасы, а на мангале потрескивала рыба, замаринованная Инной ещё с утра.

— Ну что, товарищи герои, — с улыбкой сказал Измайлов, поднимая бокал. — За тех, кто не просто служит, а делает это с огоньком.

— С огоньком? — хмыкнул Иванихин, жмурясь от солнца. — Филлип Иванович, вы это к какому эпизоду?

— Наверное к тому, где ты Костя с американцами бодался? — добавил Щеглов.

Смех был егкий, свойский. За столом было семь человек: Филлип Иванович, его супруга Жанна Михайловна, хозяин касы — Костя Борисенок с женой Инной, Саша Щеглов и

Дима Иванихин — в светлой рубашке, почти по-курортному, а рядом с ним — стройная девушка с синими глазами и копной тёмных волос.

— Знакомьтесь, — сказал он чуть скромно, — Ирен, моя… эм… спутница. Дочь нашего посланника в Каракасе.

Он не углублялся в подробности, но и не скрывал лёгкой гордости.

— Очень приятно, — Инна уже тянула руку, осматривая девушку с профессиональной и женской заинтересованностью. — Медик?

— Почти. Учусь на международных отношениях, но в нашей семье это примерно как хирургия: всякие конфликты, кровотечения, экстренные меры, — с лёгким испанским акцентом произнесла Ирен и кокетливо улыбнулась. Иванихин чуть покраснел, но был счастлив, это было видно не вооруженным глазом.

— А ты, Щегол, чего молчишь? — спросил я, подкидывая ещё угля в мангал. — Неужели испанский уже не лезет?

— Он мне уже снится, — вздохнул курсант. — А ещё я начал собирать терминологию ненормативной лексики…

Услышав это и осмыслив только что сказанное, наш коллектив взревел.

— Саша можно поподробней, но в двух словах, — ухмыльнулся Димка.

— Я стремлюсь перевести такие выражения на русский и понять их место в разговорной речи и правила употребления. Я уже занёс в свою общую тетрадь-словарь более 600 таких слов и выражений.

— Вот она тяга к прекрасному, молодого строителя коммунизма! — Почти продекларировала моя Инна.

— Если первое время, слушая разговоры простых людей, например кубинских водителей, работниц столовой, или прохожих на улице мне было не понять целого ряда слов и выражений, то потом оказалось, что это «слова-связки», нецензурные или грубые выражения, которые мы, естественно, не изучали в ВИИЯзе. Там такие перлы… но сначала — шашлык.