Изо всех сил стараюсь не рассмеяться, у меня буквально болит грудь от того, что с трудом сдерживаюсь. Хочу отметить, какая она храбрая, когда дело касается ее отца, но отказываюсь делать что-либо, что может разозлить этого человека еще больше.
— Нет, не можешь, — грубо говорит мне Антон, забирая телефон Ани со стола, чтобы увидеть меня поближе. Ждет, пока она выйдет из комнаты и закроется дверь спальни. — Что ты пытаешься сделать, Моретти?
Его тон не оставляет места для юмора или поддразнивания.
— Хм, что именно вы имеете в виду? — спрашиваю, слабо улыбаясь.
— Говоришь ей, что хочешь дружить, я неохотно соглашаюсь позволить тебе общаться с ней, и теперь слышу, как ты называешь ее красивой, словно пытаешься за ней приударить. Поэтому спрошу еще раз. Что ты пытаешься сделать, мальчик?
Хорошо. Мне не нравится, когда меня, двадцатиоднолетнего мужчину, называют мальчиком.
Но сомневаюсь, что ему понравилось бы, если бы я ему это сказал.
— Сэр, не хочу показаться неуважительным маленьким засранцем... но ваша дочь прекрасна. Говорю ей это только по той причине, что это правда. Друзья постоянно делают друг другу комплименты, по крайней мере, там, откуда я родом. Вы бы видели, как близки Иван и Джейд. Если вы считаете, что комплименты – это подозрительно, то у вас бы случился сердечный приступ, если бы вы увидели, как они общаются. Так часто обнимаются, что мой отец думал, будто Иван и Дмитрий делят ее между собой.
У него дергается глаз. Правда блять,дергается.
Он не находит меня забавным, потому что, конечно же, это не так.
— Я тебе не доверяю, и ты мне не нравишься.
— Так и предполагал, — признаюсь, стараясь не хмуриться. — Я правда не пытаюсь сделать что-то предосудительное. Мне нравится Аня. Она классная и милая. Но не собираюсь ходить на свидания, ухаживать или как там вы это называете. Не думаю, что ей было бы даже интересно, если бы это было так. Я для нее не самый желанный вариант. Живу за несколько тысяч миль, я девятый сын и определенно не заслуживаю ее.
По-моему Аня – как бриллиант. Она ближе к совершенству, чем сама понимает. А я далеко не драгоценный камень.
— Не уверен, как заставить вас поверить мне, сэр, — честно добавляю. — Боюсь, что в таких случаях нужно просто ждать. Если бы мог сделать что-нибудь, чтобы успокоить вас, я бы это сделал.
Он хмыкает, и не знаю, как истолковать этот звук.
— Назначу тебе испытательный срок.
Он делает паузу, не говоря больше ничего, чтобы прояснить ситуацию.
— Э-э, предполагается, что я должен знать, что это значит?
— Это значит, что я буду наблюдать за тобой. Внимательно. И за своей Аней тоже. Если увижу что-нибудь, что мне не понравится, я отправлю тебя к моим кузенам в Россию, которые заставят тебя пожалеть, что ты пригласил мою дочь на танец.