– Тогда операция закончится. Даже если Мартин решит тебе поверить и никому не сообщит, я не смогу рисковать людьми, чьи имена проходят через этот канал. Поэтому хотя бы сначала предупреди меня, чтобы успел вывести тех, кого еще можно спасти.

– И ты не станешь мне запрещать, угрожать?

– Нет. Просто объясняю, чтобы ты понимала цену этого решения.

От его спокойствия становилось только тяжелее. Закусила изнутри губу. Если бы Кайрус приказал молчать, я бы разозлилась, хотя, конечно, не собиралась подставлять тех, кого даже не знала. А он оставлял решение мне.

Я отвернулась к столу. Между нами лежала мамина шкатулка, рядом с ней старые рецепты, которые были, по сути, такими же донесениями и тайнами.

– Что находится внутри шкатулки? – спросила я, наконец.

– Я не знаю точно. Твоя мать собирала сведения о людях Севера, их связях, тайных перевозках и тех, кто помогал им в Империи. Но в ее записях упоминались и имперские чиновники, которые действовали далеко не по приказу короны. Если архив сохранился, он опасен для обеих сторон.

– Поэтому все хотят забрать его раньше меня.

– Шкатулка принадлежит тебе, – он чуть наклонил голову. – И забрать ее без твоего согласия я не позволю никому. Включая императора.

Я вскинула голову и прищурилась. Обещание было слишком… заманчивым. Слишком красивым, чтобы быть правдивым. Выдохнув, сделала жест ладонью, чтобы Кайрус замолчал.

– Хватит. Я приняла к сведению… твои маски. Нам нужно вернуться к делу.

Кайрус сорвал спелый апельсин и протянул мне, не сразу разжав пальцы. Большой палец медленно скользнул по моим костяшкам, и от осторожного прикосновения внутри отозвалось сильнее, чем должно было после всего сказанного. Я замерла, не отстраняясь.

– Айлин...

Он подошел ближе и положил ладонь мне на спину. Не притянул, только коснулся, и я позволила себе остаться на одну секунду, лишь на одну. Почувствовать тепло его тела, знакомый запах и то, как напряжены пальцы у меня на талии. Кайрус склонился, почти касаясь губами моего виска, но я повернула голову.

– Не надо. Я пока не могу.

Его рука сразу исчезла с моей спины, и генерал отступил. Мы собрали ваниль, засахаренную вишню, соль и несколько веточек мяты на кухне поместья.

В “Сладком сне” пахло остывшей выпечкой и дымом, который не удалось выветрить после ночного нападения. Я поставила шкатулку на кухонный стол, разложила возле нее пять продуктов в правильном порядке, но открывать пока не собиралась. Что именно произойдет, когда они коснутся лепестков?.. А если мы что-то пропустили и все испортим?

– Я пока останусь здесь, – генерал сам осмотрел повреждения на двери. – Один человек будет у задней двери, второй в зале, пока защиту чинят.