— Нормально тут у них! — прокомментировал я увиденное.
— Нормально? Это полная жопа, — Герилович уже не сдерживался. — Тут взрывчатки хватит всю Талицу разнести.
Действительно, ящики с брусками, похожими на хозяйственное мыло, смотрелись зловеще. От затылка к крестцу у меня побежали несколько холодных капель: а ну как полковник не смог бы обезвредить растяжку, а хлопцы её бы не заметили?
— Товарищ полковник! — раздался голос Гумара. — Мы нашли.
Звукомаскировка уже, похоже, никого вообще не интересовала.
— Мы тоже, — сказал я. — Тоже нашли.
Их находка была не менее интересной. У стеночки, оперившись спиной на какой-то приступочек, расположился самый настоящий леший.
Альбеску я выстрелил в жопу солью, и после этого ему удалось сбежать, чтобы быть сцапанным лихими демонами Гериловича. Так что и полюбоваться на его модный прикид мне не удалось. А теперь я мог утолить любопытство: этот был при параде. Тот самый гилли-сьют, он же — костюм лешего, полностью скрадывал фигуру, делал её очертания размытыми. А прибор ночного виденья с большими окулярами на глазах и вовсе превращал человека в потустороннюю нежить. Ещё и инфракрасная подсветка своё дело делала — когда она работала, глаза светились и пугали народ. Первое поколение ПНВ — несовершенное, но внушающее ужас.
И да, леший был мёртв. Из груди у него торчал армейский штык-нож, а на полу расплывалась лужа крови.
— Вот оно, Гера. Вот говно и забурлило, — проговорил Герилович. — Можешь считать свою миссию выполненной.
— Чертков? — непонятно спросил Гумар.
— Или Варенин, — мрачно кивнул Даликатный. — Больше некому. Никто и не знал больше про то, что мы вычислили этот бункер. Быстро они, однако… Добрались сюда шибче нас!
Полковник подошёл к лешему и снял с него ПНВ, никак не реагируя на реплики подчинённых.
— Садовник, — сказал он явно для меня. — Процик Виталий Витальевич. Он же — Александр Смирнов, он же — Череп. Сумасшествие какое-то… Война сорок лет назад была, а тут — целое кубло нацистских холуёв. Не видел бы своими глазами — никогда бы не поверил.
Убийцу-садовника мне совсем не жаль. А в шпионские игры про кротов и крыс лучше было не лезть, хотя, как говорится, коготок увяз… Так что я стоял в сторонке и помалкивал, пытаясь понять, что же делать дальше?
— Сделай одолжение, Гера — проводи сюда сапёров, они там мнутся, небось, на кладбище, — скучным тоном проговорил Герилович.
И я пошёл за сапёрами.
Глава 12 Можно сосредоточиться на литературе
У меня не было другого выхода: сроки поджимали, «запасные» главы, которые я отправлял на вычитку, закончились, да и обозначенное Машеровым время для написания книги уже подходило к концу. Нужно сесть и заняться делом, благо, поводов для прокрастинации больше найти не удаётся: сто негодяев захвачены в плен, и Магомаев поёт в КВН… То есть — моё участие в расследовании свернулось само собой, статьи в «Комсомолку» о новых веяниях в сельском хозяйстве — написаны, побелка — вымазана о потолки гумаровской хаты и стволы деревьев… Поводов отлынивать от книги я найти просто не могу!