— Охо-хо! — задумчиво проговорила Таисия. — Вот это меня угораздило. Нет, я, конечно, благодарна, что ты наконец-то решил во всём признаться, и это много для меня значит… Но, похоже, чая с ромашкой будет недостаточно… Не думала, что скажу это когда-нибудь, но, кажется, мне надо выпить.
Подумав секундочку, она прищурилась и внимательно посмотрела на меня:
— А сейчас ты мне это рассказал потому, что Герилович намекнул тебе про литературный форум?
— Кальвадос! — полез в холодильник я. — Ты не представляешь, какой в Талице делали кальвадос, пока я не поймал всех леших!
— Гера-а-а!
Глава 14 Осужденный не является на казнь
— Что сделать? — мы со Старовойтовым сидели в его кабинете, и он читал написанные мной за время творческого отпуска статьи, а я разглагольствовал. — Пропесочить на пленуме Союза писателей? Так я не в союзе писателей, Михаил Иваныч! Пусть песочат! А мы с вами потом ещё и напишем статью в духе «Осуждённый решил на казнь не являться!»
— Как-как? — хохотнул директор корпункта. — Мне нравится! Понимаешь, Гера, они поэтому и бесятся. В Союзе писателей не состоишь, в партии — тоже…
— Так это уже, вроде, и не обязательно, а?
— Ну да, ну да… Я более того скажу: у нас вроде как переход к многопартийности намечается… Но только — тс-с-с-с! Понятное дело — это всё в рамках политики Модернизации и возвращения к ленинским лозунгам.
Мне стало жутко любопытно, мы ведь не так давно обсуждали это с Исаковым, но я и не думал, что дела пойдут так резво. Хотя — слухи есть слухи, в конце концов, при нынешних раскладах если тот же Романов решит подприкрутить гайки — процесс возвращения к «ленинским лозунгам» и реновации «советской демократии» растянется на долгие годы… Надо бы пообщаться на эту тему с кем-нибудь из небожителей…
— Землю — крестьянам, фабрики — рабочим, вся власть — советам? — я не удержался от глумливой ухмылки.
Ещё пару лет назад я сам обмолвился об этом в столовой Дубровицких ПДО, уминая за обе щеки жареную картошечку с отбивными. Тогда всё, что было связано с политикой, меня жутко пугало и бесило одновременно. С тех пор я капитально вляпался в перемены, а замечательные слоганы, послужившие дровами для костра революции, звучат с самых высоких трибун! Более того — огурцы и овечки, про которых вот прямо в эту секунду читает Старовойтов, перебирая в руках листки, заполненные машинописным текстом, являются прямым доказательством того, что кое-что уже реализуется. А если и про изменение партийного законодательства — правда, то жить с каждым днём становится всё более и более интересно!