Пан Анджей посмотрел на него сначала сквозь очки, потом, спустив их на нос — над очками, но и это не помогло. Тогда он передвинул очки на лоб и засмеялся.
— О, курва! Не знаю, как вышло? Старая карга обдурила тебя! Дай хоть ром понюхаю… Ест то добри алкохоль, м? Брадзо, брадзо добри! — он принюхался и одобрительно закивал. — Пан Белозор, выпьем?
Я отказался и на сей раз. Может и зря. Всё-таки тот, кто придумал, что лететь мы должны своим ходом, был настоящим извращенцем: от Гаваны до острова Мона — тысячу шестьсот километров! Ну да, крейсерская скорость «Пчёлки» — примерно сто восемьдесят — двести километров в час, но учитывая посадку в Сантьяго и ещё на каком-то крохотном островке для дозаправки, всё равно выходило, что мы должны были лететь весь день!
Ладно — я. Я — товарищ неприхотливый, для меня встревать в неприятности и терпеть тяготы и лишения — дело обыденное, можно даже сказать — привычное, что в той жизни, что в этой… Но чех и лях-то чем провинились? Конечно, жираф большой, ему видней… Самое первое, что приходило мне в голову, так это версия о том, что на самом деле кому-то жутко не хотелось, чтобы Белозор попал на форум. И где-то во Флориде (или откуда там отправляются все остальные участники?) меня ждала смертельная опасность. Или — не смертельная, а просто — серьёзная такая возможность зависнуть на территории вероятного противника на неопределенное время… Но тогда — на кой хрен вообще Герилович и те, кто за ним стоят, затеяли всю эту игру?
В общем — мыслей было много, и все как одна — бестолковые. Я ведь ничего не мог поделать с таинственными заговорами, серыми кардиналами и тихими сражениями рыцарей плаща и кинжала. Зато — я мог попробовать продать свою книгу в США и других англоязычных странах. Это и был мой, личный смысл терпеть всю эту дичь.
Ну и Карибское море под крылом самолёта — это всё-таки не хухры-мухры! Может, даже, искупаться получится! Не, ну а что? Говорят, Исла де Мона — это один большой заповедник! Райское место!
Я откинулся на кресле второго пилота и задремал, представляя себе тропические пейзажи, беленький песочек, яркие звёзды и шум прибоя.
Глава 19 Перепут все-таки случается
— В каком смысле двадцать пятое — это суббота? — у Эдгара были такие глаза, какие можно обнаружить у нашкодившего кота, после того как его поймали за шкирку на месте преступления.
— Да вот так вот! Двадцать четвертого мы вылетели, двадцать пятого прибыли в Гавану. Двадцать шестое — это воскресенье, — я от досады пнул ногой какую-то канистру, и она с гулким звуком пролетела над совершенно пустым, без единой живой души аэродромом Карабинери.