— Точно! — сказал я. — Это — главное. А про моё участие ты пока молчи. Проводили, скажешь, поисковые мероприятия. Наведывались к асоциальным элементам. Вот и обнаружили.
— Так мы и вправду — наведывались. Дом за домом обходили! Просто чаю попить в участок зашли, а тут — ты! Слушай, ты статью писать будешь?
— Нет, пока — нет. Я вообще не за этим сюда…
— Ой, да ладно! — Соломин нахлобучил на голову фуражку. — Ты остановиться где думал?
— У деда одного знакомого. Гумар — его фамилия. Но он ещё не знает, что я приехал.
— Так, давай я тебя в гостиницу завезу, утром к своему деду поедешь… А потом встретимся — побеседуем. Заходи завтра в участок, я с утра подъеду. Утро вечера мудрёнее!
— Зайду, почему не зайти? — пожал плечами я.
Меня начинали одолевать смутные сомнения по поводу книжки. Кажется, бравым сотрудникам ЧВК, храброму военкору и киберфутуризму придётся подождать — тут явно сюжет наклёвывался куда как более интересный!
Глава 4 Летит самолет и едва не случается приступ
— СА-МО-ЛЁТ! — кричали дети. — СА-МО-ЛЁТ!
Ярко светило солнце. Я пёр мимо ограды детского садика с печатной машинкой в руках и с рюкзаком за плечами. На сгибе локтя у меня висела авоська, набитая продуктами из магазина, под ногами извивалась ледащая тощая псинка, которую весьма интересовало качество и количество колбасных изделий в моём багаже.
За металлическим заборчиком, выкрашенным свежей жёлтой краской, замерли дети. Они стояли на лужайке, рядом с качельками, балансирами, деревянными грузовичками и песочницами, задрав головы и глядя высоко в синее небо, по которому бежали редкие облачка.
— СА-МО-ЛЁТ!!!
Кукурузник пролетел низко, над крышами домов, и, достигнув невидимого отсюда колхозного поля, выпустил из себя струю химикатов.
— Уи-и-и-и-и-и!!! — заорали дети и захлопали в ладоши.
Я запнулся-таки о псинку, засмотревшись на самолётик, и едва не грохнулся, в последний момент удержавшись на ногах.
— … ! — матерщина всё-таки удержалась на кончике языка, и я медленно выдохнул, выискивая удобную позицию, чтобы хорошенько пнуть повизгивающую псинку, которая аж подпрыгивала, вожделея батон «Докторской».
Но тоже удержался: не стоит детям показывать дурной пример и транслировать в мир насилие над животными.
— Собачка, собачка! — закричали детсадовцы.
Не так громко, как про самолёт, но тоже — звонко и с чувством.
— Дети! А ну отошли от забора! — голос был звонкий и ни разу не рассерженный.
Скорее — профессиональный.
— Ну Гульзара Жайсынбековна-а-а-а… — заныли малыши и малышки, а я остановился и помотал головой ошарашенно.